Николас Кейдж успел пройти через все уголки голливудской славы. В начале 2010-х он оказался на краю пропасти: имя актера стали бояться продюсеры. В те годы он чуть не обанкротился и чуть не стал главным примером того, как надо не делать карьеру. Фильмы с его участием собирали смешные сборы, а рецензии писали с усмешкой. Но потом случилось что-то неожиданное. Он выбрался из этой ямы и вернулся на волне не как звезда прошлого, а как интересный, дерзкий артист нового времени.
Коппола, который стал Кейджем
Многие не в курсе, но изначально Николас Кейдж носил фамилию Коппола — как и его знаменитый дядя, режиссер «Крестного отца» Фрэнсис Форд. Сам Кейдж потом рассказывал, что отец, профессор литературы, хотел, чтобы он стал писателем, и у них даже были из-за этого разногласия. Но в итоге Огюст Коппола смирился с выбором сына — быть актером. И даже сильно на него повлиял: в детстве показывал Николасу много классики — Феллини, Куросаву и немецкий экспрессионизм, особенно «Носферату, симфония ужаса», который сильно повлиял на будущего артиста. Позже Кейдж даже стал продюсером фильма «Тень вампира» о съемках этой картины.
У Николаса Копполы была отличная возможность пробиться благодаря громкой фамилии, но он сменил ее на Кейдж в самом начале карьеры — в честь любимого героя комиксов, здоровяка Люка Кейджа, и композитора-авангардиста Джона Кейджа. А еще потому, что на съемках его постоянно дразнили из-за родства. Например, на съемках «Беспечных времен в "Риджмонт Хай"» популярной шуткой было: «Люблю запах Николаса по утрам!» (отсылка к «Апокалипсису сегодня», который вышел за пару лет до этого).
Поэтому, когда в 1983 году вышел первый из трех совместных фильмов актера с дядей — «Бойцовая рыбка», в титрах он уже значился как Николас Кейдж. Актер с яркой внешностью и харизмой сразу привлек режиссеров, во многом благодаря необычной манере игры, которую он сам называет «нуво-шаманизм»: чтобы вжиться в роль, он старается на себе испытать все, что переживал его персонаж.
Например, на съемках «Птахи» Алана Паркера, где он играл ветерана Вьетнама с ПТСР, Кейдж сам вырвал себе два передних зуба, которые его герой потерял на войне. Если следовать его актерской логике, это разумнее, чем аккуратно удалить их у дантиста. Погружаясь в роль, он часто отходил от сценария и много импровизировал, иногда входя в раж, похожий на шаманское камлание. На съемках культового «Поцелуя вампира», того самого, где Кейдж пучит глаза, актер не только съел живого таракана, но и бродил в окровавленной рубашке, «приставая» к случайным прохожим и здорово их пугая. Это тоже было частью вживания в образ.
В итоге странный фильм о человеке, который вообразил себя вампиром, принес ему успех, который он закрепил съемками в «Диких сердцем» Дэвида Линча. Знаменитый «змеиный» пиджак из этого фильма сделал образ актера каноничным. В 1998 году даже вышла картина Брайана Де Пальмы «Глаза змеи», где персонаж Кейджа носил рубашку похожей расцветки. Змеи стали своеобразным символом Кейджа — позже он даже купил двух кобр, чтобы изучать их поведение для актерских целей, и однажды они чуть его не убили.
1990-е стали для актера «серебряным веком»: именно в это десятилетие вышли самые яркие фильмы с его участием, например, малобюджетная драма Майка Фиггиса «Покидая Лас-Вегас». За роль запойного сценариста Бена Сандерсона Кейдж получил первый и пока единственный «Оскар» в карьере. Несложно догадаться, как он готовился к этой роли: на две недели уехал в Дублин, где пил в отеле и снимал себя на камеру, чтобы потом изучить, как он выглядит в кадре пьяным.
Мот и скандалист
Во второй половине 1990-х Кейдж ворвался в коммерческое кино ролью в «Скале» — взрывоопасном блокбастере Майкла Бэя, где сыграл специалиста ФБР по химоружию. Тогда публика открыла для себя новое амплуа актера — он стал звездой боевиков.
Все мы помним хиты с его участием — «Воздушную тюрьму» и «Без лица». И снова он применил свою актерскую тактику, копируя мимику и повадки партнера по кадру, Джона Траволты. Сам он признавался, что иногда так уходил в роль, что чувствовал, будто почти «теряет связь со своим телом» (логично, ведь он играл в «теле» персонажа Траволты). Фанатичность принесла плоды: Кейдж быстро стал одним из самых высокооплачиваемых артистов Голливуда. С 1996 по 2011 год он заработал более $150 млн (только гонорары, без отчислений за сборы), из которых по $20 млн — за роли в «Угнать за 60 секунд», «Говорящие с ветром» и «Сокровище нации».
Неудивительно, что такой успех вскружил голову актеру, дорвавшемуся до больших денег. В 2000-х Кейдж, помимо актерских успехов, прославился тем, что тратил огромные суммы на странные покупки. Впрочем, он грешил этим и раньше: например, в 1986 году купил осьминога (и назвал его Крутышом!), сказав, что это талисман для карьеры. Видимо, сработало — но вряд ли то же самое можно сказать о других его покупках, которые приносили больше проблем, чем удачи.
Одной из самых безумных стал печально известный особняк Дельфины Лалори в Новом Орлеане, где в XIX веке маньячка-аристократка убивала своих рабов. Причин для такой покупки Кейдж назвал две: любовь к аттракциону «Дом с привидениями» в Диснейленде и очарование Нового Орлеана.
Это приобретение, как и многие другие в сфере недвижимости (он скупал не только дома, но и замки, и даже остров на Багамах), в итоге стало неподъемным грузом. Фирменная раскрепощенность актера не только на съемочной площадке, но и в жизни, вкупе с богемным образом жизни (например, у него был автопарк с десятками дорогих машин), сыграла с ним злую шутку. К тому же снизилось качество проектов, в которых он участвовал.
Его роли в 2000-х, например в «Выборе капитана Корелли» Джона Мэддена, критиковали и пресса, и зрители. Режиссерский дебют Кейджа «Жиголо» (2002) разгромили так сильно, что кинотеатры сняли фильм с проката раньше времени. В том же году он получил вторую номинацию на «Оскар» за роль в «Адаптации» Спайка Джонса, но спад был заметен.
Картину усугубляли скандалы в личной жизни. В августе 2002 года, после двух лет отношений, он женился на Лизе Мари Пресли — дочери Элвиса, фанатом которого Кейдж был с детства. А через три месяца пара подала на развод: злые языки говорили, что это было очередное «приобретение» актера, которое перестало быть интересным, попав в руки.
Брак официально расторгли только в 2004 году. Почти сразу Кейдж женился в третий раз — на Элис Ким, 19-летней официантке из берлинского ресторана The Grand, которая была младше его более чем вдвое. В 2005 году Ким родила сына, которого Кейдж назвал... Кал-Эл. Да, настоящим именем Супермена, роль которого он мечтал сыграть с детства (и даже купил когда-то за $150 тыс. первый выпуск комикса о супергерое, который у него позже украли — еще одна безумная покупка).
Николас Кейдж с Лизой Мари Пресли в 2002 году
Все эти скандалы и новости, а также измельчавшая актерская игра (вместо монументальных ролей 1990-х он предпочитал поверхностные блокбастеры вроде «Сумасшедшей езды») не могли не сказаться на коммерческом успехе. Фильмы с Кейджем стали терять в сборах или проваливаться.
Например, один из худших проектов — ремейк «Плетеного человека» — собрал всего $38 млн (при бюджете $40 млн), а игру Кейджа назвали одной из слабейших в карьере, заслуженно номинировав на «Золотую малину» (их у него за карьеру было шесть, включая две части «Призрачного гонщика»). Считается, что с этого фильма Кейдж получил черную метку — почти все дальнейшие картины с ним проваливались.
Николас Кейдж с женой Элис Ким на Венецианском кинофестивале, 2013 год
Джентльмен неудачи
Но если выбирать главный провал (не считая коммерческого фиаско «Медальона», собравшего $6 млн при бюджете $35 млн), то это «Ученик чародея». Фильм Disney за $150 млн, частично профинансированный самим Кейджем, планировался как начало новой франшизы и «возрождение» карьеры актера, но слабо продавался, подвергся критике и окончательно убедил публику: Кейдж больше не гарант хороших сборов, а наоборот.
Финансовые проблемы никуда не делись: в 2009 году актер и его бизнес-менеджер Сэм Левин обменялись исками. Кейдж утверждал, что из-за менеджера влез в огромные долги (это правда — правительство США даже изъяло у него часть недвижимости, включая особняк Лалори). Левин, в свою очередь, обвинял актера в том, что он живет не по средствам. В итоге стороны договорились полюбовно, но у Кейджа начался худший период: крупные студии перестали предлагать контракты, роялти заканчивались, а новых достойных ролей не было.
В 2010-х Кейдж снялся в огромном количестве посредственных боевиков, на которые соглашался, лишь бы расплатиться с налоговой. Именно тогда появились мемы и фотожабы с актером — например, где он стоит с грустным лицом в казахском национальном костюме на кинофестивале «Евразия».
Апофеозом проблем стал скандал с женой Элис Ким: на съемках «Медальона» в Новом Орлеане, будучи по уши в долгах, он напился, поссорился с супругой, толкнул ее, а потом бегал по улицам, стучался в чужие дома и нагрубил полиции, за что его задержали. Отпустили без протокола, но этот случай закрепил за ним новый, спорный образ. Роли крутых парней и ловеласов сменились ролями изгоев и неудачников. Таким был его герой в одном из немногих удачных фильмов того периода — одинокий дровосек, взявший на попечение сироту в картине «Джо» (2013). Почти такого же героя Кейдж сыграл пять лет спустя в хорроре «Мэнди», только рубил он не деревья, а оккультистов бензопилой, мстя за убитую жену.
И снова здравствуйте
Неожиданно фильм Паноса Косматоса, похожий на безумный наркотрип, открыл публике актера заново — его фирменный «шаманизм», граничащий с одержимостью ролью, привел зрителей и критиков в восторг. Считается, что именно этот фильм стал точкой отсчета нового этапа в карьере.
Публика открыла для себя свежего, «безумного» Кейджа в таких фильмах, как «Цвет из иных миров», «Страна чудес Вилли» и «Узники страны призраков». Но главное достижение обновленной карьеры — «Свинья». Его герой Роб — добровольный отшельник, живущий в лесу со свинкой, которая ищет трюфели. После похищения свиньи он отправляется на поиски — и мы узнаем о герое много нового, неожиданного и шокирующего. Но самым шокирующим стал сам Кейдж — одновременно бесконечно грустный и монументальный. Это одна из лучших ролей, в которую он вложил весь свой выстраданный опыт.
«Свинья» закрепила «ренессанс» карьеры актера. В 2022 году он даже сыграл самого себя в фильме «Невероятная тяжесть огромного таланта», который иронично осмыслял его прошлое. Тогда же в интервью GQ актер сообщил, что наконец выплатил все долги. Это событие может стать финальной точкой в затянувшемся депрессивном эпизоде его карьеры: он освободился и от бремени славы, и от огромных богатств, чуть не доведших до краха, и от необходимости сниматься в чем попало.
Обновленного Николаса зрители увидели в «Герое наших снов» — черной комедии с элементами фэнтези, где его персонаж, скромный профессор биологии, начинает являться во снах всем людям на планете.
Сюжет этого фильма, как и всех заметных картин с Кейджем последних лет, можно назвать автобиографичным. Режиссер Кристофер Боргли говорил, что не писал специально под него, но на этапе выбора актера стало ясно: это идеальная роль для Кейджа. Ведь кто, как не он, знает, что такое стать одним из самых обсуждаемых людей планеты, повестись на шанс прославиться, получить долю гнева и оказаться «отмененным» для всех. Возможно, именно поэтому актер сыграл эту роль так естественно и достоверно.
Хочется верить, что то же самое можно сказать о дальнейшей жизни Николаса Кейджа — что после всех искушений, проблем и лишений она наконец пойдет естественным путем. А мы будем продолжать наслаждаться фирменной эксцентрикой одного из самых талантливых и обаятельных «неудачников» Голливуда, которому удача наконец снова улыбнулась.
