Этим ребятам на снимке шесть, шесть и десять лет.
Вот этот снимок — не репетиция школьного спектакля и не постановка. Перед нами настоящие сборщики устриц из города Порт-Рояль, США, 1912 год. Их рабочий день стартовал в четыре утра.
В том возрасте, когда сегодняшнего ребенка еще упрашивают надеть шапку, эти дети уже выходили на смену.
И самое жуткое — тогда считалось, что им еще «повезло».
В XIX веке дети с пяти-шести лет пахали на фабриках по 12–14 часов в сутки. А то и дольше. Мелкие руки были выгодны бизнесу: пролезают в любую щель, стоят копейки и не спорят.
Платили им в 2–3 раза меньше взрослых при той же нагрузке.
Снимки Льюиса Хайна стали мощным оружием в борьбе против детского труда в США. Они превратили сухие цифры и отчеты в живые, душераздирающие истории.
На текстильных мануфактурах дети сновали между станками. В шахтах таскали тяжести, открывали вентиляционные двери и трудились в полной темноте. На рыбных промыслах чистили, сортировали и собирали улов. Разумеется, ни о какой школе в таких условиях речи не шло.
В Российской империи дети чаще работали в деревнях — помогали старшим по хозяйству. В крестьянской семье ребенок с 5–7 лет уже пас коров и овец, таскал воду, рубил лучину, помогал сеять и убирать урожай. Страна-то у нас была аграрная. А зимой обычно занимались ткачеством. Но и на фабриках трудились — на производствах текстиля, спичек, табака и чая.
Первые законы, которые хоть как-то ограничивали детский труд, сейчас кажутся издевательством. Например, «прогрессом» считали 12-часовой рабочий день и один выходной в неделю. То есть ребенку официально разрешали быть маленьким рабочим, просто чуть менее измотанным.
Сегодня кажется, что все это осталось на старых фотографиях.
Но нет. В мире до сих пор трудятся миллионы детей — на плантациях, в шахтах, на фермах, в мастерских. Просто теперь мы чаще видим не их лица, а готовый товар на полке магазина.
Больше всего несовершеннолетних работников сегодня в бедных странах Африки к югу от Сахары, а также в некоторых государствах Азии и Латинской Америки. Товары с «детским следом» чаще всего приходят из Индии, Бангладеш, Вьетнама, Мьянмы, Кот-д’Ивуара, Ганы, Мадагаскара и стран Центральной Африки.
Самое страшное в детском труде не только то, что ребенка заставляют работать. А то, что у него просто крадут будущее.