Фотография «Мальчик из Варшавского гетто» облетела весь мир. Это один из самых узнаваемых кадров времен Холокоста: на снимке жители гетто выходят с поднятыми руками, а в центре стоит маленький мальчик в кепке и гольфах.
Фотография передаёт черты мальчика с удивительной детализацией. Но имя ребёнка осталось загадкой. За восемьдесят лет историки перебрали несколько версий — ни одну не подтвердили. Зато личность эсэсовца, стоящего за спинами группы, известна точно.
Вот как выглядит полный снимок:
Отчёт, который должен был доказать победу
19 апреля 1943 года в Варшавском гетто вспыхнуло восстание. Оно стало первым крупным городским сопротивлением немцам в оккупированной Европе. Плохо вооружённые бойцы и жители держались 27 дней.
Люди поднялись, когда терять было нечего. К лету 1942 года в гетто находилось около 450 тысяч человек. За полтора месяца операции «Рейнхард» почти 265 тысяч вывезли в лагеря смерти.
Оставшиеся шестьдесят тысяч поняли: «переселение на восток» на самом деле означает смерть. Следующая очередь за ними. Так появилась Еврейская боевая организация — несколько сотен человек, по большей части молодёжь, во главе с 24-летним Мордехаем Анелевичем.
Мордехай Анелевич
Оружия у повстанцев почти не было: пистолеты, самодельные гранаты, бутылки с зажигательной смесью. Всё это купили или выменяли у польского подполья.
19 апреля 1943 года, накануне Песаха, немцы вошли в гетто, чтобы за трое суток закончить ликвидацию. В первый же день они отступили, потеряв технику. Штропу пришлось выжигать квартал за кварталом: люди укрывались в бункерах и подвалах, вытащить их можно было только огнём.
Восставшие не могли победить и знали это с самого начала. Они дрались за право самим решить, как уйти.
Сопротивление длилось 27 дней. 8 мая Анелевич погиб в бункере на улице Милой.
Восстание имело важное значение. Первое в оккупированной Европе крупное городское восстание стало сигналом для подполья по всему континенту.
Подавлением командовал генерал СС Юрген Штроп. Он подготовил для начальства парадный отчёт: ежедневные донесения, итоговую статистику и 53 фотографии. Документ назвали
«Еврейского квартала в Варшаве больше нет!».
Юрген Штроп
Снимок мальчика — один из этих кадров. Где именно снимали — неизвестно. Кто автор — тоже. Подпись в рапорте гласила: «Силой выведены из бункеров». Составителей интересовал только итог операции. Имена людей в кадре их не волновали.
После войны документ стал доказательством на Нюрнбергском процессе. В 2017 году ЮНЕСКО включила его в реестр «Память мира». Отчёт, который создавали как свидетельство победы, превратился в свидетельство преступления.
Некоторых людей на фото позже узнали родные. Девочку слева звали Ханка Ламет, женщину рядом — её мать Матильда. Подростка с белым мешком сестра опознала как Лео Картузиньского.
Но все эти опознания держатся на послевоенных свидетельствах, и надёжность у них разная. Судьбы большинства людей в кадре точно не восстановлены. Известно только, что для многих задержание закончилось депортацией и гибелью.
Пять имён — и ни одного доказательства
Каталог мемориала Яд Вашем перечисляет как минимум пять возможных имён ребёнка. Чаще всего обсуждают три версии.
Одним из первых мальчика назвали Артуром Домбом Семёнтеком — так считали его родственники.
В 1999 году пожилой отец узнал в ребёнке своего сына Леви Зейлинваргера, а в женщине рядом — жену Хану. Независимо проверить это уже было невозможно.
Самый известный кандидат — Цви Нуссбаум. Он пережил Холокост.
После войны Нуссбаум уехал в Палестину, а потом — в США. Там он сделал медицинскую карьеру и работал отоларингологом в Нью-Йорке.
Сам он говорил честно: думаю, это могу быть я, но поклясться не могу. Нуссбаума задержали 13 июля 1943 года у отеля «Польский», за пределами гетто.
Уверенно удалось опознать только одного человека в кадре — по другую сторону объектива истории.
Имя человека с оружием
Эсэсовца за спинами группы идентифицировали как Йозефа Блёше. Фотография из рапорта помогла следствию установить его личность и доказать участие в преступлениях в гетто. После войны он незаметно жил в ГДР, работал шахтёром. В 1967 году его арестовали, а в 1969-м суд признал виновным в военных преступлениях и вынес смертный приговор.
Он фигурирует и на многих других фото из этой серии.
Каратели тщательно записали, сколько людей захватили. Записать, как этих людей звали, они не сочли нужным.
Два архива одного гетто
У Варшавского гетто осталось два противоположных архива. Штроп собирал фотографии и статистику, чтобы отчитаться об уничтожении района. А историк Эмануэль Рингельблюм и его подпольная группа в это же время прятали в металлических ящиках и молочных бидонах письма, дневники, рисунки и детские сочинения жителей. Часть тайника нашли после войны под руинами города.
Архив Рингельблюма был спрятан в молочных бидонах
Один архив превращал людей в цифры. Другой пытался вернуть цифрам голоса.
Рапорт Штропа так и не выполнил замысел своих авторов. Его создавали как рассказ о победе — а сегодня мир смотрит на этот кадр и ищет в нём не победителей, а человека, которого они оставили без имени.