Сейчас у мужчин полно вариантов, как развлечься: страйкбол, компьютерные игры, фитнес, ночной дрифт. А век-полтора назад выбор был куда скромнее: скачки, карты, охота и, конечно, бордели. Последние пользовались такой бешеной популярностью, что лучшие художники и скульпторы считали за честь украшать их интерьеры, а поэты с писателями посвящали им стихи и романы. Мы решили вспомнить три самых роскошных заведения такого рода, которые навсегда вписали себя в историю.
Дурная слава этих заведений только подогревала к ним интерес. В конце XIX — начале XX века публичные дома были не просто притонами, а настоящими артистическими салонами. Пабло Пикассо, Генри Миллер, Марсель Пруст, Ги де Мопассан, Эрнест Хемингуэй — все они тут бывали. И даже женщины: Марлен Дитрих и Эдит Пиаф не отказывали себе в удовольствии провести вечер в гостях у элитных жриц любви.
Блюдо из элитного парижского борделя «Шабане»
Работницы таких домов были под стать посетителям. Куртизанки отличались образованностью, разбирались в живописи, музыке и литературе. Они легко поддерживали разговор на любую тему, хоть о политике. Эти женщины влюбляли в себя и вдохновляли творцов на вещи, которые потом входили в золотой фонд мирового искусства.
Бордель-дворец «Шабане»
Интерьеры этого парижского борделя не уступали королевским дворцам. И это неудивительно: среди гостей «Шабане» были члены европейских королевских семей. Сюда водили важных зарубежных гостей, а в личных апартаментах обсуждали государственные дела и крупные сделки.
Иностранные делегации посещали «Шабане» под предлогом «визита к президенту сената» — именно так значилось в официальной программе. Строительство и обстановка этого дома терпимости обошлись владельцам в бешеные по тем временам деньги: 1 700 000 франков. Это примерно 9 миллионов современных евро или 820 миллионов рублей.
Официально борделем-дворцом владела известная куртизанка мадам Келли. Но все знали, что в этом бизнесе были заинтересованы несколько влиятельных европейских политиков и предпринимателей. Понятно, что совладельцы не афишировали своё участие, но изо всех сил заботились о процветании заведения.
«Шабане» располагался прямо у Лувра, на улице Шабане, 12. Посетители шутили: по роскоши и обилию шедевров на стенах этот бордель мог потягаться с соседней королевской резиденцией. Среди картин, украшавших стены, было 16 полотен Анри Тулуз-Лотрека, написанных специально для этого дома. Художник-постимпрессионист был здесь завсегдатаем и держал собственный столик в ресторане.
Номера «Шабане» оформили в разных стилях. Можно было почувствовать себя султаном из «Тысячи и одной ночи», римским патрицием, героем скандинавских саг или японским императором. Кстати, апартаменты в японском стиле получили первое место на Всемирной выставке 1900 года за самый необычный дизайн.
Легендарная ванна из номера принца
У принца Уэльского в «Шабане» был персональный номер в индийском стиле. Будущий король Британии Эдуард VII даже повесил над кроватью с балдахином свой фамильный герб. Медная ванна из этого номера, стилизованная под носовую часть парусника с фигурой обнажённой девы, стала настоящей легендой. Позже её за 112 тысяч франков купил Сальвадор Дали.
«Один-два-два» — бордель с виртуальной реальностью
Заведение с таким необычным названием открыла в 1924 году в 8-м округе Парижа бывшая работница «Шабане» мадам Дориан. Деньги дал её муж, бизнесмен Марсель Жаме. Странное имя у публичного дома появилось из-за запрета властей рекламировать такую деятельность и давать броские названия. Бордель назвали по номеру дома 122 на улице Прованс, где он и располагался.
Особняк, в котором находился бордель «Один-два-два»
Этот дом терпимости можно смело назвать аттракционом 5D. В 22 номерах воссоздали разные эпохи и сюжеты с полным погружением в атмосферу. В «Пиратском номере» пахло морем, дул свежий бриз, а кровать в виде шлюпки раскачивалась хитроумным механизмом. По желанию можно было устроить шторм с брызгами солёной воды и вспышками молний.
Номер «Восточный экспресс» предлагал стук колёс, тряску и меняющиеся за окном пейзажи. Обслуживал номер настоящий проводник в форме, а посуда и блюда повторяли меню знаменитого поезда. Для любителей деревенской романтики был номер в виде амбара с настоящим сеном. И комната пыток в духе средневековой инквизиции — куда без неё.
Но главной гордостью «Один-два-два» был ресторан Le Boeuf à la Ficelle с изысканной европейской кухней. Клиентов там обслуживали официантки, одетые лишь в передники и туфли на каблуках. Среди гостей заведения видели Кэтрин Хепбёрн, Чарли Чаплина, Марлен Дитрих и Эдит Пиаф.
«Сфинкс» — элитный бордель на Монпарнасе
Первым элитным борделем на Левом берегу Парижа стал «Сфинкс». Им заправляла мадам Мартуна, в миру Марта Ле Местр. Она приехала из Нью-Йорка, где успела продать свой бар прямо перед обвалом на Уолл-стрит. Но денег на помещение в богемном районе не хватило, поэтому пришлось взять в долю двух марсельских криминальных авторитетов — Франсуа Спирито и Поля Карбона. Бордель открылся 24 апреля 1931 года на бульваре Эдгар-Кине, 31. Официально это был «американский бар» с закрытым клубом, и никто не афишировал его истинное назначение.
На открытие собралась парижская элита: художники, артисты, дипломаты, журналисты и политики. Красавиц пригласили из кабаре «Фоли-Бержер», а шампанское лилось рекой. Владельцы «Сфинкса» не стали распыляться на разные стили, как их конкуренты из «Шабане» и «Один-два-два». Они выдержали заведение в роскошном псевдоегипетском стиле, что было очень в духе времени: после открытия гробницы Тутанхамона в 1922 году египтомания охватила всю Европу.
