С самого детства нам внушают, что хлеб всему голова, и без него редко обходится любая трапеза в российском доме. Даже просящие милостыню просят не просто подаяния, а именно «на хлебушек», хотя вокруг полно более сытных продуктов, тот же рис. Почему же в России вокруг хлеба выстроен целый культ, тогда как в других странах к нему относятся с уважением, но без такого поклонения?
Хлеб стоял на столе у жителей Руси веками, но по-настоящему массовым его превознесение стало лишь в сороковые годы двадцатого века, уже в СССР.
Хлеб окружали песнями, стихами, фильмами и агитационными плакатами. Из этого складывалась целая система, которая вырабатывала почти религиозное поклонение продукту. Тогда считалось нормальным наказать ребенка за неуважение к хлебу или публично осудить взрослого, если он нерационально его использует.
Одна женщина-блогер рассказала об отношении старшего поколения к хлебу так:
«Я постоянно спорю с мамой, когда раз в неделю приезжаю к ней на обед. Я за последние годы стала есть меньше хлеба, но мама все равно подает его к каждому блюду и каждый раз кладет мне больше, чем нужно. А я ругаю ее за это, потому что не выношу вида недоеденного куска. И так продолжается уже много лет».
Автор этого текста замечает, что даже в семьях, где никогда не знали голода, хлебный ритуал разыгрывается как пьеса. Накормить ребенка до отвала в России считается традицией, похожей на многочисленные поклоны у японцев, и хлебобулочные изделия в ней играют главную роль. При этом, по словам автора, не существует ни одного достоверного источника, который подтверждал бы древнее происхождение культа хлеба. Скорее это идеологическая система, придуманная относительно недавно и навязанная нам.
Еще живы бабушки и дедушки, которые застали войну и голод. Продовольственные проблемы начались еще в 20-х годах, и советская власть с переменным успехом боролась с ними до середины 50-х. Главное правило этой борьбы заключалось в том, чтобы внушить гражданам мысль, что единственным спасителем от нехватки продуктов может быть только государство.
Делалось это для того, чтобы уничтожить в людях веру во что-либо, кроме руководства страны, и сделать их смирными и управляемыми. Голод отлично подходил для этой цели, ведь частная собственность была ликвидирована, а значит спасти от голодной смерти могло лишь государство.
Особенно тяжело пришлось всем в годы войны, когда хлеб выдавали по карточкам. Чаще всего это был единственный продукт, который доставался простым жителям, поэтому он стал синонимом выживания. Нормы в блокадном Ленинграде были настолько мизерными, что их не хватало даже ребенку, и хлеб ценился на вес золота.
Козлов Энгельс Васильевич. «Выпечка хлеба» 1967
Картофель, капуста или гречневая крупа не были такими статусными продуктами, как хлеб. Иметь его в достатке означало жить в богатой, могущественной стране. Именно этот стереотип государство эксплуатировало до конца XX века, чтобы сплотить вокруг себя нацию.
Многие считают, что в СССР царил всеобщий атеизм и что все опиралось на здравый смысл и науку. Это далеко не так. Религиозность, заложенная в природу человека тысячелетиями, не вытравливается за пару поколений. Вместо веры в Бога появлялись разные культовые верования, которые практически выполняли ту же роль и помогали управлять массами.
В XX веке одним из первых таких верований стал «культ смерти», основанный на принесении себя в жертву ради всеобщего блага. Он появился из огромных потерь, которые страна понесла в Первой мировой войне, и его умело использовали большевики в годы революции и гражданской войны. Еще один известный пример — культ личности И. В. Сталина, сложившийся в СССР.
Практиканты на хлебозаводе № 19, Москва, 1973 год
Культ хлеба был одной из побочных форм древнейшего культа плодородия и одним из многочисленных «религиозных» течений на одной шестой части суши. Вообще, сам СССР можно назвать своеобразной религией с множеством сложных и не всегда понятных обрядов и моральных устоев, которые трактовались далеко не в пользу верующих.
Хотя голод побороли еще в 50-х годах, умело насажденный культ «хлебушка-спасителя» владел умами жителей республик СССР до конца существования страны. В наследство от отцов и дедов нам досталось множество свидетельств святости хлеба, начиная от советских фильмов про хлеборобов и заканчивая школьными плакатами и лозунгами в заводских столовых.
Избавляться от этого советского наследства стали не сразу, а лишь когда доходили руки. Поэтому фрески с крестьянками, снопами и плечистыми пекарями с румяными батонами кое-где можно было увидеть еще в начале «нулевых».
Хлеб трудно назвать особо питательным продуктом. Его почитание скорее держится на эффективном аграрном пиаре. Вспомнить хотя бы Новгород. Там местная пекарня перед Рождеством смастерила елку из белого хлеба и выставила её у входа в фирменный магазин. Тогда мнения разделились. Одни сочли это чуть ли не вандализмом и преступлением. Другие недоумевали, что тут такого. Хлеб есть хлеб, а не икона.
Случай вызвал бурные обсуждения в прессе, по местному телевидению и в соцсетях. Показательно, что большинство недовольных оказались совсем молодыми людьми. Они осудили предпринимателей. Похоже, даже спустя почти три десятилетия после исчезновения СССР культ хлеба жив и передаётся дальше.
Пока не ушёл последний человек, помнивший Советский Союз, от советских символов и культов нам не избавиться. Но тут возникает другая сложность. Старые советские культы заменить нечем. Ни западная идеология, ни религия не дают полноценной альтернативы. Нынешние политики для истории слишком незначительны и слишком скомпрометированы, чтобы создать собственный культ. Если не молишься на длинный доллар и не участвуешь в православном безумии, поверить остаётся разве что в себя.
