Ман Рэй умудрился сделать то, что мало кому удавалось. Он взял камеру и превратил её в инструмент настоящего художника, а заодно перевернул все представления о том, какой может быть фотография. Сын портных из Нью-Йорка, он стал одной из главных фигур сюрреализма и до сих пор считается одним из самых известных фотографов XX века.
Его называют автором рэйографов и соляризации. Эти техники до сих пор разбирают на занятиях в фотошколах, хотя придуманы они были почти сто лет назад. А ещё он умел видеть женщин так, как никто другой. Кики де Монпарнас, Ли Миллер, Мерет Оппенгейм. Самые яркие парижанки 1920-х и 1930-х становились его музами, а обнажённое тело под его взглядом превращалось в нечто большее, чем просто изображение. В философский символ, в загадку, в сюрреалистичный образ.
От портновской мастерской до Парижа
Настоящее имя Ман Рэя звучало как Эммануэль Радницки. Он появился на свет в Филадельфии 27 августа 1890 года в семье выходцев из Российской империи. Отец Макс шил одежду, мать Минни работала швеёй, а сам Эммануэль был старшим из четырёх детей.
В 1912 году семья сменила фамилию на Рэй, чтобы уйти от антисемитских настроений, которые тогда царили в Нью-Йорке. Домашнее прозвище Мэнни плавно перетекло в имя Мэн, а потом и в знаменитый псевдоним. Работа в отцовской мастерской дала ему не только терпение, но и умение видеть линии и формы в простых материалах. Это умение позже стало основой его подхода к построению кадра.
«Примат материи над мыслью». 1929 год
В 1921 году Ман Рэй отправился в Париж, следом за своим другом Марселем Дюшаном. Денег почти не было, но зато была чёткая цель. Он быстро влился в круг дадаистов и сюрреалистов и вскоре уже снимал для Vogue, зарабатывая модной фотографией.
«Вешалка для пальто». 1920 год
Главная идея мастера звучала просто и дерзко одновременно. Фотография не обязана фиксировать реальность, она может её пересоздавать. Камера в его руках становилась кистью, а тело модели превращалось в материал для разговора о большем, чем просто внешность.
Ман Рэй в своей парижской студии
Кики де Монпарнас: рождение музы
В том же 1921 году в Париже он встретил Алису Прен. Эту девушку все знали как Кики де Монпарнас, она пела в кабаре и уже успела поработать моделью у Модильяни и Кислинга. Художники сами провозгласили её королевой богемного квартала. С Ман Рэем они прожили почти восемь лет, и именно она стала лицом его самых известных снимков.
Кики де Монпарнас. 1926 год
В 1924 году появилась знаменитая «Скрипка Энгра». На снимке спина Кики с нарисованными прорезями превращается в музыкальный инструмент. Название отсылает к живописцу Жану Огюсту Энгру, который любил писать обнажённых одалисок. Получилась метафора того, как живое тело становится объектом искусства.
«Скрипка Энгра». 1924 год
В мае 2022 года оригинальный отпечаток этой работы ушёл с молотка на Christie’s в Нью-Йорке за 12,4 миллиона долларов. Тогда снимок стал самой дорогой фотографией в истории аукционов и до сих пор удерживает этот рекорд.
«Чёрное и белое». 1926 год
Ещё одна культовая работа называется «Чёрное и белое». На ней лицо Кики соседствует с африканской маской народа баулé из Кот-д’Ивуара. Первым снимок напечатал французский Vogue с подписью «Лицо из жемчуга и маска из чёрного дерева». Игра фактур, гладкой кожи и полированного дерева, превращает кадр в размышление о природе красоты.
Стеклянные слезы, 1932 год
Ли Миллер и Мерет Оппенгейм: новые эксперименты
В 1929 году в жизни Ман Рэя появилась Ли Миллер. Юная фотомодель приехала из Нью-Йорка, чтобы учиться у него искусству съёмки. Она стала его ученицей, соавтором и возлюбленной. Вместе они проработали три года.
Ли Миллер. Соляризация. 1929 год
Именно в их мастерской случайно родилась техника соляризации. Во время проявки плёнки кто-то включил свет, и на снимке появился серебристый ореол вокруг объектов. Этот переворот тонов стал фирменным приёмом Ман Рэя, с его помощью тело на фотографии превращалось в почти абстрактную линию.
Бюст Ли Миллер. 1930 год
В 1933 году его моделью стала 19-летняя художница Мерет Оппенгейм. В серии «Завуалированная эротика» она запечатлена обнажённой у типографского пресса, с рукой, испачканной краской. Эти снимки напечатал сюрреалистический журнал «Минотавр», и они мгновенно сделали Оппенгейм символом движения.
Мерет Оппенгейм у типографского пресса. 1933 год
Через три года Оппенгейм создаст собственный культовый объект, чайную пару, покрытую мехом газели. Но в истории фотографии она осталась прежде всего моделью Ман Рэя. В этом кадре индустриальная мощь пресса сталкивается с обнажённой чувственностью тела.
Рэйографы и соляризация: технологии сна
Зимой 1921–1922 годов Ман Рэй случайно изобрёл фотографию без камеры. Он выкладывал предметы на светочувствительную бумагу и засвечивал её. Так получались таинственные силуэты без объектива и плёнки. Название «рэйографы» соединило его имя со словом «фотография».
Соляризация. 1929 год
В 1922 году поэт-дадаист Тристан Тцара представил публике портфолио из 12 рэйографов под названием «Восхитительные поля» и написал к нему предисловие. Уже через год эти работы обсуждал весь Париж. Похожую технику ранее пробовал немецкий дадаист Кристиан Шад.
«Джулия и Маргарет». 1946 год
Соляризация работала иначе: печать засвечивали повторно уже после проявки, и тона на снимке частично переворачивались. Вокруг фигур появлялся тонкий светящийся контур. Сюрреалисты называли этот эффект идеальным языком снов, ведь позитив и негатив соседствовали здесь одновременно.
Спящая женщина Ман Рей, 1929
Обе техники объединяет одна идея: фотография перестаёт быть простым отпечатком реальности. Она становится инструментом для конструирования нового мира, мира, увиденного не глазом, а воображением.
Сюрреалистический парадокс: муза или объект?
Сюрреалисты нередко описывали женщину не как личность, а как существо, отбрасывающее на их сны наибольшую тень или наибольший свет. Ман Рэй разделял эту романтическую, но противоречивую позицию: он воспевал красоту своих моделей и одновременно превращал их в декорации для собственных фантазий.
Гала и Дали. 1936 год
Многие искусствоведы отмечают: в этом поклонении скрывалось немало отчуждения. Женщина на снимках Ман Рэя часто выглядит идеализированной формой, лишённой собственного голоса.
Женщина с длинными волосами. 1929 год
И всё же именно эти музы сами были яркими художницами. Кики, Миллер, Оппенгейм пели, писали картины и фотографировали. Их наследие изучают сегодня отдельно от Ман Рэя, а не только как приложение к его биографии.
Катрин Денев. 1965 год
Работа с Катрин Денев 1965 года показала: спустя десятилетия мастер продолжал искать баланс между обожанием модели и дистанцией от неё.
Наследие: символ и вопрос без ответа
Наследие Ман Рэя изучают не только историки фотографии. Серия «Завуалированная эротика» с Оппенгейм по сей день переиздаётся в альбомах по истории сюрреализма. Сам образ женщины у печатного станка стал одним из самых цитируемых в современном искусстве.
«Завуалированная эротика». 1933 год
Работа «Молитва» 1930 года продолжает ту же линию: обнажённое тело здесь превращено в почти сакральный объект созерцания, а не в предмет соблазна. Именно этот баланс отличает Ман Рэя от менее талантливых подражателей.
«Молитва». 1930 год
Дружба с Сальвадором Дали продлилась десятилетиями: художников объединяла страсть к провокации и эксперименту. Их сотрудничество оставило десятки совместных фотографий и проектов.
Ман Рэй и Сальвадор Дали
Как вы считаете, оправдывает ли гениальность произведения то, как художник обращается с людьми вокруг себя? Становится ли человек, превращённый в арт-объект, чем-то большим, или он просто теряет свою личность ради нашего визуального наслаждения?