Курьёзные истории из жизни известных личностей и не только
Есть у нас на работе потрясающий человечек, он работает водителем. В общем захотелось ему в отпуск, простым путём он не пошёл и вместо заявления написал "челобитную". Мы рыдали всем офисом неделю.
Начальнику всемогущему
Принебесной конторы инвестиционной
Боярину (ХХХ)
От холопа дел ездовых Ваньки
ЧЕЛОБИТНАЯ
Ой ты гой еси Красно Солнышко, (ХХХ) свет! Благодарствую тебе, боярин наш, за заботу твою и блага прочие! Шлёт поклон тебе отрок дел транспортных и прочих важных поручений Ванька. И просит дать вольную о 5 дней рабочих, дабы изведать землю заморскую, Румынией нарекаемую. Вопреки наговорам злым и всяким беснопениям прочим, зарекаюсь яко агнец быть, не пужать жителей тамошних и другие творить безобразия, дабы не посрамить контору нашу Принебесную и имени твоего светлаго. Да ниспадёт на тебя всемилостивый государь благодать неземная, благолепия невиданного хоромам твоим и много злата в твои закрома. Надеюсь на тебя и уповаю...
Начальник не моргнув глазом подписал, потом ходил 2 дня с улыбкой в 32 зуба!
В царское время, до революции, Балаклава не была районом Севастополя, а была всего лишь небольшим курортным и рыбацким городком в 10 километрах от города. Там жил и трудился долгое время великий русский писатель Александр Куприн.
В Балаклаве до сих пор стоит его дом и он считается домом-музеем великого русского писателя Александра Куприна.
Местное население, преимущественно греки, которым он посвятил рассказ "Листригоны", очень любили писателя и он очень часто пьянствовал с рыбаками в кабаках Балаклавы. Однажды, сильно набравшись местного вина, Куприн отправил царскому министру Столыпину телеграмму примерно следующего содержания:
"Балаклава отделяется от Российской империи, становится самостоятельной республикой, вводит свою армию и флот, а также свои денежные знаки и законы. Подпись: Свободные жители Балаклавы. " Прочитав текст телеграммы, Столыпин, зная кто стоит за подписью "Свободные жители Балаклавы", не обиделся и отправил телеграмму следующего содержания:
"Куприн, когда пьёшь - закусывай! Подпись: Столыпин. "
Сергей Васильевич Рахманинов – крупнейший мировой композитор – покинул Россию в 1917 году и осел в США.
Практически 10 лет после отъезда из России он не писал музыку, много гастролируя по Европе и Америке, где его признали крупнейшим дирижером и величайшим пианистом эпохи.
При этом Рахманинов на протяжении всей своей жизни оставался человеком, стремящимся к уединению, неуверенным в себе и ранимым.
У Рахманинова была уникальная особенность – самый большой из всех известных пианистов охват клавиш.
Он охватывал сразу 12 белых клавиш, а левой рукой брал совершенно свободно аккорд «до ми-бемоль соль до соль».
Как-то Рахманинов заслонился от папарацци, не желая сниматься, а вечером в газете появилось фото композитора: лица видно не было, только руки.
Подпись под фото была такой: «Руки, которые стоят миллион! ».
В начале съемок фильма «Крёстный отец» мафия очень не хотела, чтобы к ее делам привлекалось внимание…и пыталась давить на режиссера и остановить съемки.
Фрэнсис Форд Коппола встретился с главами семей и попытался договориться.
Дальше началась совместная с мафией проработка сценария — вычеркивались любые эпизоды, которые могли показать мафию в плохом свете.
Именно поэтому в фильме почти не употребляются слова mafia или mob. Дальше мафиози стали приходить на съемки и следить за соответствием сценарию.
Съемочная группа начала консультироваться с ними по тем или иным вопросам.
Закончилось все тем, что они передружились, а представители семей стали постоянными консультантами во время съемок.
Помните, с чего начинается фильм?
С праздничного приема в доме Корлеоне.
Так вот, все гости на том приеме — реальные мафиози, их друзья и родственники…
Дело было в одной из московских газет. Так вот, молодой журналист (назовем его Саша М) решил взять интервью у зубра отечественного кинематографа и ведущего передачи «Чтобы помнили» Леонида Филатова. Речь шла о том о сем, а потом зубр решил рассказать о незавидной судьбине пожилых актеров. Что денег у них нет, пенсия мизерная, не помнит никто и т. д. Рассказывал о последних годах некогда известной актрисы. О том как она неделями ничего не ела - потому как пила много, да и на еду денег не было. Да так вошел в раж, что выдал фразу:
- А жила она тогда с [м]лядуном!
Ну, творческая интеллигенция крепкие выражения любит, это знают все. Но Саша М, как мальчик приличный, решил фразу немного смягчить и сделал из нее: «а жила она тогда с каким-то [м]лядуном». В таком виде все и пошло в газету. На следующий день в редакцию звонит разгневанный Филатов и орет:
- Вы что, офонарели! ? С каким [м]лядуном! ? Жила она с актером Бредуном! Это фамилия такая - Бредун! » (Просто у дяденьки с дикцией очень плохо - инсульт и все такое. )
Представьте состояние редакторов, проворонивших в газете ТАКОЕ! А главное, как давать опровержение
- «Актер Бредун не [м]лядун»?