Рыбалка и лодка.

Его комментарии по этому поводу ограничиваются тремя
словами: Шоб не сп##ли.
Да в принципе не рыбацкое это дело - п*здить что-либо.
Значит, просыпаемся мы утром с бодуна. С жуткого. Мысли
такие ленивые в голове. Будим Виктора Николаевича - мол,
утренний клев, рыбачить пора. Он поднимает голову,
открывает (как он думает) глаза и произносит: на х#й! Тот же
ответ мы получаем на вопрос о возможности использования
его лодки на время утреннего клева. Принимаем это как ответ
"да". Здесь надо уточнить, что тот берег озера, на котором мы
останавливаемся, очень высок и крут. Спуститься пешком по
нему к воде еще можно, а вот лодку дотащить - никак. Не
мудрствуя лукаво, мы загружаем лодку необходимым
снаряжением, кладем в нее якорь и бросаем с берега на воду.
Угадайте, что было потом. Все произошло в одно мгновение.
Вслед за лодкой из палатки, сидя на жопе, с большими (уже
проснувшимися глазами) и криками:
е##на в рот !!! пролетает Виктор Николаевич и скрывается за
обрывом берега, затем раздается звук, похожий на звук при
падении свежего мяса на стол без скатерти и сопровождаемый
также похожим на него по звучанию криком: бл#дь.
Мой друг протирает глаза и говорит: все, не пью больше (он
не знал о системе сигнализации, к которой прибегал Виктор
Николаевич). Я же понял, что произошло, но надеялся, что он
упал в воду. В воду он не упал. Виктор Николаевич лежал в
лодке лицом вниз в неестественной позе, потом перевернулся,
обвел окрестности помутневшим взором и сказал: хорошо, не
за х#уй привязал. Эта фраза стала легендарной в узких кругах.