Шли годы, сиськи мои сползали все ниже, Мужчина трепал меня по щёчке, кормил на убой и называл "маленькой"

В далёкие-далёкие времена, когда я была юна, прекрасна и невинна... Хотя кого я обманываю.

В далёкие-далёкие времена, когда сиськи мои не свисали из-под рубашки снизу, а морщины на шее ещё не создали отдельную вселенную, я повстречала Мужчину мечты.

Мужчина был красив, как юный бог, очешуительно богат и обладал членом, занявшим первое место на конкурсе железнодорожных свай. Но это был мужчина какой-то чужой мечты, и мне он не попадался.

Мужчина же моей мечты оказался п*здецки лохмат, малость придурковат, инфантилен, нищ как кладбищенский смотритель и старше меня в два с лишним раза. Я радостно улюлюкнула и вцепилась в Мужчину с целью покорения. Мужчина ох*ел, припустил в штаны жидким и на всякий случай покорился.

Наше тихое счастье не знало границ: Мужчина покупал мне пиво и сало, я бережно вычищала из его пупка войлочные каки, мы жили в захламлённой съёмной однушке и спали на дырявом надувном матрасе. Но женщина во мне ожидаемо возжелала большего. Голых целлюлитных пупсов на свадебных машинах, 100500 фоточек переплетных рук с кольцами и маленькое розовое тельце с глазами Мужчины.

Но Мужчина на мне не женился.

Я училась готовить борщи, осваивала искусство горловой любви, просыпалась до будильника и пекла горы блинчиков на завтрак, но Мужчина на мне не женился.

Я забила на брак и стала агрессивно втирать окружающим, что штамп в паспорте ничего не значит. Окружающие отбивались, звали на помощь, а Мужчина не замечал суеты вокруг себя и по-прежнему не женился.

Шли годы, сиськи мои сползали все ниже, Мужчина трепал меня по щёчке, кормил на убой и называл "маленькой". Жопа моя перестала влезать в проход, Мужчина хлопал по ней и радостно наблюдал за колебанием масс, но почему-то не женился.

И вот однажды...

Да, именно так.

Однажды мы с Мужчиной праздновали Новый год в гостях у наших друзей. Искрился снежок, лёгкий морозец щипал за нос, на ветвях тополей празднично висели кожурки от мандаринов и использованные г*ндоны. Мы радостной гурьбой высыпали на улицу с шампанским в руках, и под мощные залпы салютов и звуки блевания с балкона Мужчина, волнительно улыбаясь, протянул мне маленькую бархатную коробочку. Я верила и не верила, в голове гудело от фейерверков и шампанского, в носу щипало — то ли от прилива чувств, то ли от запаха пороха, — а мир вокруг искрился и вращался, пока я дрожащими пальцами открывала подарок.

Внутри коробочки оказался очаровательный кулон из серебра.

И всё.

Мужчина трогательно мялся рядом, ожидая реакции. Я стянула морду в жуткую гримасу, которая должна была изобразить искреннюю радость и благодарность, а на деле только спугнула тусовавшихся неподалёку в надежде на подачку бомжей. Но мой Мужчина радостно выдохнул, и все пошли дальше блевать шампанским.

… Я не сдавалась и пошла на крайние меры.

Жестоко и беспрезервативно надругавшись над Мужчиной, я вскоре ощутила, что во мне наконец зародилась жизнь. В принципе, впервые жизнь во мне зародилась ещё в пятом классе, когда я опрометчиво сжевала привокзальный пирожок из грязных рук, и регулярно продолжала зарождаться, потому что я не привыкла усваивать жизненные уроки. Симптомы были схожи: регулярная беготня к унитазу с размышлениями, каким отверстием к нему повернуться, возросший аппетит, сонливость, прыщи. Но знакомая гинеколог, едва завидев меня на пороге кабинета, авторитетно заявила, что внутри меня не глисты, а человеческий мальчик. Спорить я побоялась.

Потом я девять месяцев исправно носила в женскую консультацию литры крови и ссанья, за что в итоге мне там выдали очаровательное создание с носом картошкой и крошечной пипиской, отдалённо напоминавшего Мужчину. В ЗАГСе во время регистрации ребёнка тётенька в строгом платье, сочувственно глядя на меня, спросила, не хотим ли мы заодно засвидетельствовать наш брак. Мой Мужчина оценивающе окинул меня взглядом, содрогнулся, потом произвёл какие-то мысленные вычисления и сказал заветные три слова:

— Слышь, может, того?

Потолок кабинета регистрации завертелся и взлетел в космос, ноги стали дряблыми и едва не подкосились, в голове громко забухал пульс. Мы стояли близко друг к другу, я подняла взгляд на Мужчину и встретилась с ним глазами, не скрывая слёз. Закусив губу, чтобы не разреветься в сопли, я уткнулась носом в его плечо и сипло ответила куда-то в свитер:
— Молоко пришло… Щас лопну. Пошли домой.
— Но… Я не понял… Ты замуж-то за меня выйдешь?!
— А вот х*й. Не для тебя мама такой цветочек рОстила.

...И жили мы с Мужчиной долго и счастливо. Без штампа, без фоточек переплётенных рук, без кредита на бухло для пятидесяти шести самых любимых родственников и бабы Зины из Усть-Переп*здюйска. И умерли… А нет, не умерли. Так и живём.

Какова же глубинная мораль сей восхитительной истории, дорогие мои детишечки? Правильно, нет её.

Просто бабы редкостно *банутые существа. И как в напоминание об этом в пакете с просроченной хной, пупочными каками и драными лифчиками я много лет храню чёртову бархатную коробочку.

Ибо нех*й.



Автор: Юлия Фень