Правда ли, что русские отобрали Дальний Восток у китайцев?

До перехода в российский суверенитет современные Хабаровский и Приморский край были населены не китайцами, а малочисленными местными этносами тунгусо-маньчжурского происхождения: эвенками, нанайцами, даурами. И хотя китайские императоры считали Дальний Восток своей территорией, они не видели в нём большой пользы и поэтому не держали здесь постоянной администрации.

Тут требуется пояснение. Внутри собственно Китая можно выделить несколько микроландшафтов. Историческая родина самих китайцев (хань) — это долина реки Хуанхэ. По течению Янцзы и на побережье Южно-Китайского моря живут уже южнокитайские этносы: хакка, мяо, юэ, чжуаны, пунти, «люди в лодках» и т. д. Китай очень многонациональная страна, главным скрепляющим фактором в которой является не этническое происхождение, а культура (в частности, иероглифическая письменность).

С ландшафтной точки зрения Приамурье и Приморье — это часть т. н. Внешней Маньчжурии. Маньчжурия в широком, ландшафтном смысле — это везде там, где сопки, постоянные наводнения и туманная погода («чилима́»). Это не Китай и не Монголия. Это полудикий край, сформированный тихоокеанскими муссонами, которые падают на землю, а потом утекают назад в Тихий океан через Амур или Ляохэ.


Маньчжуры — это тоже не китайцы, а отдельный этнос. Этническая принадлежность в китайской историографии фиксируется, как правило, происхождением правящей династии. Маньчжуры (и родственные им чжурчжэни) — основатели династий Цзинь (1115—1234) и Цин (1644—1911), можно еще вспомнить государство Ляо (907—1125), основанное предками дауров — киданями (из-за которых мы по ошибке и называем китайцев китайцами).

Что же до русских, то они вышли к Амуру еще в XVII веке. 24 марта 1652 года «государевы люди» Ерофея Хабарова столкнулись с маньчжурами, тогда еще только завоевывавшими Китай (династия Южная Мин просуществовала до 1662 года). Первая стычка закончилась победой русских, но эта стычка переросла в пограничную войну, которая длилась с переменным успехом 37 лет и закончилась только в 1689 году Нерчинским договором. Этот договор в истории дипломатии трактуется очень по-разному: одни считают его победой маньчжур, другие доказывают, что хитроумные русские очень даже неплохо выкрутились, потому что переговоры шли под жерлами наставленных на Нерчинск маньчжурских пушек. Так, наверное, и было, потому что силы были явно неравны, противостоять набиравшей обороты Цинской империи за 6,5 тыс. км от Москвы малочисленные казаки не могли.




Но когда в середине XIX века империя Цин начала стремительно разваливаться, русские проявили свою хитроумность во всем великолепии и подписали с Китаем договоры, закрепляющие права России на «ничью землю», которая сейчас называется Приамурьем и Приморьем (а не передающиеей Внешнюю Маньчжурию, почувствуйте разницу). Проще говоря, русские своевременно подсуетились и, воспользовавшись сложным внешнеполитическим положением Китая, выбили из китайского правительства бумагу, в которой черным по белому было написано, что граница между Китаем и Россией будет проходить по Амуру и Уссури.

Вот как это было и зачем в принципе России эти земли понадобились. В 1856 году китайцы арестовали английский корабль «Эрроу», занимавшийся контрабандой опиума. Англичане — главные наркодельцы того времени — обиделись и объявили Китаю Вторую опиумную войну. К ним присоединились французы и американцы. Русские в этой войне не участвовали, но держали на границе некоторое число войск. Войска эти там начали появляться еще в период Крымской войны, потому что английские корабли шныряли под Петропавловском, облизываясь на удобную со стратегической точки зрения Авачинскую бухту, и русским нужно было найти быстрый и удобный способ доставки резервов на Камчатку. Лучшим способом признали Амур. Т. е. план был в том, что на тот случай, если англичане что-то такое будут вокруг Камчатки мутить, можно будет оперативно по Амуру спустить пару своих кораблей с казачьими полками и грязные английские происки в корне пресечь.




Соответственно, нужно было де-юре сделать фарватер Амура русским или как минимум русско-маньчжурским. Это и случилось в мае 1858 года с подписанием Айгунского договора. Главная заслуга в этой безусловной дипломатической победе принадлежит Николаю Николаевичу Муравьеву-Амурскому, тогдашнему генерал-губернатору Сибири. Т. е. Россия забрала себе noman’sland, воспользовавшись уникальным случаем, который выпадает в истории, может, только раз. Русским, правда, тут же выпало и во второй, потому что 21 сентября 1860 года в решающей баталии у моста Балицяо англо-французские войска разбили цинскую армию. 25 октября Китай признал поражение, и уже 14 ноября русские дипломаты снова подсуетились и попросили добавить к Приамурью еще и современный Приморский край. Великий князь Гун (тогдашний фактический правитель Китая) вздохнул, махнул рукой и очередной кусок noman’sland северным варварам милостиво забрать соизволил.

Вот как получилось, что русские забрали себе всё по эту сторону Амура и Уссури. То, что было ничьё — стало наше. И очень быстро на Дальнем Востоке стали появляться русские поселенцы.

Сначала это были, понятное дело, солдаты и казаки, но очень скоро подтянулись и различные купцы, промышленники и т. д. Главный поток переселенцев шел из Сибири, но были и выходцы из центральной России, с Украины и т. д. К тому времени как раз Александр II де-юре отменил крепостное право, и у людей появилось хоть какое-то право всё на старом месте бросить и подальше куда-нибудь «встречь солнца» от новых уже, полуфеодальных-полукапиталистических порядков убежать.

Вот как Дальний Восток стал русским.