Почему ретро-телефоны с диском набирали номера так долго

Знаете, почему старые дисковые телефоны набирали номер так неторопливо? На самом деле это было сделано специально. Быстрее работали, но тогда начиналась путаница. И придумали такую скорость вовсе не инженеры связи, а обычный гробовщик.

Похоронное бюро против телефонистки

В конце 1880-х американский гробовщик Алмон Строуджер заметил, что клиенты уходят к конкуренту. А всё потому, что жена конкурента работала телефонисткой. В те времена звонки соединяли вручную, и просьба «соедините с похоронным бюро» стабильно уводила разговор в сторону её мужа.

Алмон Строуджер

Строуджер решил избавиться от посредника. Он придумал автоматическую станцию, где абонент сам выбирал номер без помощи телефонистки. В 1891 году он получил патент и основал компанию. Только привычного диска тогда ещё не было.

Первые аппараты управлялись кнопками: хочешь цифру «пять» — нажимай клавишу пять раз. А диск, который сам отсчитывал щелчки и возвращался с нужной скоростью, придумали в 1896 году инженеры компании Строуджера — Александр Кейт и братья Эриксоны. Автоматическая телефония родилась кнопочной, потом на семьдесят лет победил диск, а потом кнопки вернулись.

Телефон, который разговаривал щелчками

Как станция понимала, какую цифру ты набрал? По разрывам тока в линии. В классической импульсной системе единица — один разрыв, девятка — девять, ноль — десять.

Так выглядела замена телефонистки: искатель Строуджера. Импульс с телефона — шаг щётки по вееру контактов. Десять щелчков — десять шагов — нужный абонент.

Ноль был самой длинной цифрой: на бумаге «ничто», а для станции — целая секунда работы. На декадно-шаговой АТС каждый разрыв включал электромагнит, и искатель делал шаг к нужному контакту. Никакой электроники — чистая электромеханика: магниты, контакты, пружины.

Самое неочевидное: пока ты крутил диск вперёд, телефон молчал. Цифра передавалась на обратном пути — пружина тянула диск назад, центробежный регулятор держал темп, контакты отстукивали разрывы. Номинальная скорость была около 10 импульсов в секунду.

Это не предел возможностей механики — существовали системы и в два раза быстрее. Но эта скорость была договорённостью между телефоном, линией и станцией.

Попробуй подтолкнуть диск пальцем — разрывы станут слишком короткими, станция пропустит часть импульсов, и вместо друга ты услышишь чужую бабушку. Человек выбирал цифру, но не скорость её передачи.

Кнопка ещё не значит быстро

Сами по себе кнопки телефон не ускоряли. Выпускались кнопочные аппараты, которые посылали в линию те же медленные импульсы, что и диск. Настоящая перемена наступила с новым языком. В тональном наборе каждая клавиша передаёт пару частот: один тон обозначает строку клавиатуры, второй — столбец. Станция слышит не цифру, а её координаты.

Коммерческий Touch-Tone компания Bell запустила в 1963 году. На первых аппаратах было всего десять кнопок — звёздочку и решётку добавили позже. Старые станции много лет учились понимать тоны через приёмники и преобразователи, поэтому оба языка долго существовали параллельно. Переключатель «pulse/tone» на аппаратах девяностых — маленький памятник этому двуязычию.

Вертушка и великий миф о занятом номере

Крутой директорский телефон!

В России у дисковых аппаратов особая биография. Кремль телефонизировали ещё в 1918 году, но тогда соединения шли через ручной коммутатор. Автоматическая станция заработала в 1922-м: она убрала телефонистку из цепочки и потому казалась начальству более доверительной, хотя сама ничего не шифровала. Диск надо было вертеть — слово «вертушка» навсегда приклеилось к правительственному телефону.

На московских дисках рядом с цифрами долго стояли буквы: А, Б, В, Г, Д, Е, Ж, И, К и Л. До реформы 1968 года номера были буквенно-цифровыми — вроде «Б-21-35». Букву З в этот ряд не взяли, чтобы никто не путал её с тройкой.

А по квартирам ходил стойкий совет: если номер занят, набери последнюю цифру и подержи диск у упора пару минут — линия «пробьётся». Это не работало, и теперь вы понимаете почему: пока палец держит диск, последняя цифра ещё вообще не передана. Человек не занимал очередь — он просто не заканчивал набирать номер. Но держали. Годами.

Сегодня задержки спрятаны в микросхемах и серверах — их не видно. Тогда ожидание честно возвращалось вместе с диском, десять щелчков в секунду. Зато каждый номер мы помнили наизусть: ошибка стоила ещё семи кругов диска.