Зачем ренессансные красавицы брили волосы и брови ради идеального лба

В эпоху Возрождения красивой считалась женщина с очень высоким лбом, на котором не росло ни одного волоска. Чтобы добиться такого эффекта, знатные дамы Италии шли на крайние меры и пользовались рецептами, которые сегодня назвали бы опасными. В ход шла мука из люпина, жжёные квасцы и даже порошок из сушёной жабы. Именно так, по слухам, ухаживала за собой графиня Катерина Сфорца, а её рецепты передавались между аристократками как драгоценное знание.

Для женщин XV–XVI веков такой лоб был не просто модной причудой. Считалось, что он выдаёт ум, благородство и высокое происхождение. Интересно, что моду эту сформировали не портные и не художники, а поэты. Петрарка и Ариосто воспевали красоту открытого чела, а монах Аньоло Фиренцуола окончательно закрепил этот идеал в своём трактате. Так поэтические строки превратились в опасную косметическую инструкцию, которой следовали десятки женщин.

Лоб как манифест: как поэты задали моду

Красоту эпохи Возрождения придумали не художники и не придворные дамы, а поэты. Франческо Петрарка впервые заметил свою Лауру в 1327 году в авиньонской церкви Санта-Кьяра. Именно ей он посвятил «Канцоньере», сборник сонетов, в котором возлюбленная выглядела почти небожительницей. Спустя тридцать лет её внешность превратилась в эталон для итальянской аристократии: бледная кожа, светлые волосы и непременно высокий открытый лоб.

Петрарка и Лаура на итальянской миниатюре середины XV века

Людовико Ариосто пошёл дальше и нарисовал куда более конкретный образ. В седьмой песне поэмы «Неистовый Роланд» 1516 года он описывает волшебницу Альцину. Её лоб спокойный и гладкий, будто отполированная слоновая кость. Для читательниц XVI века эти строчки звучали не просто комплиментом, а прямым руководством к действию. Лоб обязан быть светлым, широким и безупречно ровным, без намёка на волоски у линии роста.

Аньоло Фиренцуола выводит формулу идеального лба

Поэтические образы довольно скоро превратились в чёткий свод предписаний. Монах Аньоло Фиренцуола, живший с 1493 по 1543 год, написал трактат «Диалог о красоте женщин». Книга вышла в 1548 году уже после смерти автора. Фиренцуола не просто восхищался прекрасным, а методично разбирал его по деталям, подробно описывая, какими должны быть лоб, брови, глаза и даже пальцы ног.

«Рождение Венеры». Художник Сандро Боттичелли, 1485–1486 годы

В трактате лоб удостоился самого детального описания. Он должен быть просторным, то есть широким и высоким, светлым и тихим, словно зеркальная гладь в безветренный день. Книга мигом стала настольным пособием для знатных особ. Если природа не одарила нужными пропорциями, аристократки сами доводили себя до идеала. Волосы сбривали под корень, а всё лишнее безжалостно выщипывали.

Портрет дамы в красном. Флоренция, неизвестный автор, XV век

Этот канон отлично виден на портретах той поры. Нидерландский живописец Пётрус Кристус изображал дам с заметно завышенной линией волос. Так же поступали и безымянные флорентийские мастера. Кожа на таких полотнах напоминает фарфор, а лоб занимает едва ли не треть лица.

Грех тщеславия: как церковь и лекари боролись с волосами

Одна живопись не объясняет такую моду. Женщины Ренессанса искренне верили, что лишние волосы вредят женственности. Волосяной покров считался признаком мужского начала. Густые брови врачи напрямую связывали с грубым голосом и тяжёлым нравом. В некоторых трактатах доходило до разговоров о бесплодии. Для девушки на выданье такой приговор мог разрушить все планы на замужество.

Портрет Изабеллы Португальской. Мастерская Рогира ван дер Вейдена, около 1450 года

Церковь относилась к этим процедурам с подозрением. Проповедники называли эпиляцию орудием соблазна, а румяна, белила и украшения объявляли грехом тщеславия. Но суровые речи с амвона редко останавливали модниц. Страх перед грехом не мог пересилить желание соответствовать светскому идеалу, и мода почти всегда брала верх над церковной моралью.

«Дева среди дев». Неизвестный художник нидерландской школы, XV век

Рецепты из тайных книг

Самым безобидным способом получить гладкий лоб оставалось обычное выщипывание. Занятие долгое, зато безопасное. Гораздо быстрее работали особые составы. Их рецепты бережно передавали из поколения в поколение и записывали в домашние книги секретов рядом с лекарственными средствами.

Портрет дамы. Художник круга Рогира ван дер Вейдена, XV век

Один из таких рецептов сохранился в рукописи «Gli Experimenti» графини Катерины Сфорца, правительницы Форли и Имолы. Рукопись датируется временем до 1509 года. Средство называлось «чтобы волосы выпали и никогда больше не выросли». Сухую жабу растирали в порошок, добавляли муку люпина и жжёные квасцы. Смесь кипятили в воде, процеживали через плотную ткань и настаивали восемь дней перед нанесением на кожу.

Страница рукописи «Gli Experimenti» графини Катерины Сфорца

Рукопись Сфорца была далеко не единственным источником таких советов. Итальянские дамы делились похожими рецептами через докторов и аптекарей. Результат часто оборачивался раздражением и химическими ожогами на коже. Но спрос на такие снадобья не падал, ведь желание быть красивой перевешивало любую осторожность.

Портрет, предположительно изображающий Катерину Сфорца. Художник Лоренцо ди Креди, 1481–1483 годы

Цена красоты: белила и их последствия

Гладкий лоб был лишь половиной дела. Кожа обязана была сиять белизной, как фарфор. В 1562 году врач Джованни Маринелло выпустил книгу «Украшения женщин» («Gli ornamenti delle donne»). На её страницах он собрал десятки способов осветлить лицо. Один из них требовал двенадцать яичных белков, лепестки белых роз, цветы бузины и лилий. Всё это тщательно растирали с жемчужным порошком и церузой. Последняя представляла собой свинцовые белила, которые венецианские мануфактуры штамповали в промышленных масштабах специально для косметики.

«Мона Лиза». Художник Леонардо да Винчи, 1503–1506 годы

Белила на основе свинца потихоньку разъедали кожу и уничтожали волосяные фолликулы. Чем больше женщина пыталась скрыть последствия, тем плотнее становился слой маскировки. Многие красавицы того времени в итоге зарабатывали хроническое отравление тяжёлыми металлами. Только врачи винили в выпадающих волосах, почерневших зубах и вечной усталости что угодно, но не косметику. В архивах до сих пор хранятся письма дам, которые жаловались на дикие мигрени сразу после нанесения белил.

Прощание с бровями

Финальным штрихом образа были полностью отсутствующие брови. Тем, кому природа не подарила едва заметную линию, приходилось сбривать или выщипывать волоски под ноль. Над глазами оставался лишь лёгкий намёк на бровь. Считалось, что так взгляд выглядит более открытым, а женщина кажется возвышенной и чистой в помыслах.

Портрет королевы Елизаветы I. Художник Маркус Герартс Младший, конец XVI века

Тренд на высокий лоб не умер вместе с итальянским Возрождением. Он благополучно перебрался к английскому двору, где его активно поддерживала сама Елизавета Первая. К концу XVI века такой облик перестал быть диковинкой и превратился в маркер аристократического происхождения. Так что женщины по всей Европе терпели боль и рисковали здоровьем, чтобы соответствовать идеалу.

Портрет Марии Бургундской. Художник Михаэль Пахер, 1490 год

Спокойные лица на ренессансных портретах прячут за собой историю изнурительной борьбы с собственным телом. Высокий лоб и безупречная кожа стоили женщинам боли, времени и здоровья. Ошибка могла обернуться испорченной внешностью или упрёками в тщеславии. Сегодня такие жертвы выглядят странно. Но привычка подгонять себя под чужие представления о красоте осталась при нас. Поменялись только методы.

Как думаете, что из нынешних бьюти-ритуалов через 500 лет покажется нашим потомкам точно таким же безумием?