«Уволить Жору» — комедия с Данилой Козловским и Михаилом Галустяном, после которой можно почувствовать себя нехорошо
12 февраля на экраны вышел новый комедийный фильм Марюса Вайсберга «Уволить Жору».
Картина рассказывает о безрезультатных попытках избавиться от странного сотрудника в крупной ИТ-компании. Ради этой непростой миссии компания приглашает специалиста по сложным увольнениям, но даже он понимает: в корпоративных правилах существуют свои уровни сложности.
Разбираемся, почему, несмотря на потенциал смешной задумки, лента чаще вызывает сочувственную гримасу, чем искренний смех, оставляя после просмотра ощущение неловкости.
🎬 У картины неплохая задумка, но страдает реализация
Несколько лет назад Макс без денег перебрался из небольшого города в Москву, а теперь живёт в элитном жилом комплексе, ездит на Range Rover и встречается с популярной блогершей. Он сделал успешную карьеру в необычной сфере — «мягком» увольнении сотрудников. Компании обращаются к нему, чтобы тот без конфликтов и скандалов убедил нужного человека покинуть должность по собственному желанию. В качестве аргументов Макс нередко использует компромат — например, записи, на которых женатый топ-менеджер проводит время с другими женщинами.
Однажды за сутки его жизнь рушится. За 500 тысяч евро он соглашается анонимно передать своему другу Сане информацию о собственном начальнике, однако план срывается: Макса разоблачают как информатора, и двери крупных компаний для него закрываются. Более того, претензии к нему предъявляют партнёры бывшего босса, чьи финансовые потоки резко сократились, и именно Макс должен исправить ситуацию.
Неожиданно помочь ему берётся тот самый Саня, по чьей вине всё началось. Он предлагает Максу новую работу — устроиться кадровым специалистом с единственной задачей: уволить Жору. Программист создал перспективную игру, рекламный контракт в которой за несколько миллионов долларов готово купить онлайн-казино, однако сам разработчик категорически против такого сотрудничества, и без его согласия сделка невозможна.
Избавиться от Жоры оказывается непросто: он неисправимый оптимист и не поддаётся никакому давлению. Даже когда его переселяют из кабинета в стеклянную будку, он превращает её в уютное рабочее место. Макс, однако, уверен, что справится с задачей, ведь на кону для него не только зависший «откат», но и процент от будущего контракта с казино.
Марюс Вайсберг ассоциируется у большинства зрителей либо с лёгкими комедиями вроде «8 лучших свиданий», либо с ярко выраженной пародией, как в «Гитлер капут!». Однако в его поздних работах прослеживается отчётливый талант: режиссёр умеет работать с сильными концепциями.
Картины Вайсберга звучат многообещающе даже на уровне краткого описания. Актёр, решивший притвориться мёртвым, оказывается запертым в гробу. Влюблённая пара и незнакомец с подозрительными знаниями о них вынуждены провести время в застрявшем лифте. Но идеи, пусть и цепляющие, реализуются слабо: клаустрофобическую атмосферу «Конца Славы» куда более убедительно передал «Погребённый заживо».
«Уволить Жору» — яркий пример типичного кино Вайсберга. Сюжет строится на удачной задумке, хотя герой Данилы Козловского с его внутренними метаморфозами кажется как будто перекочевавшим из драмеди «Мне бы в небо». Вместо драмы об отраслевой конкуренции зритель получает комедию о неуловимом служащем, которого никак не могут уволить.
Снова подкачивает реализация. На премьере актёры благодарно вспоминали свободу импровизации, которую им позволял режиссёр, а также его вдохновляющие указания вроде «творите!». Возможно, именно это стало причиной, почему фильм не воспринимается как целостное произведение. Каждый актёр справляется с личной задачей, но ощущается, что постановщик не был главным вдохновителем их решений.
Данила Козловский играет драму о личной трансформации — его персонаж теряет себя в погоне за карьерным ростом, смешивая черты героев «ДухLess» и «Молодого человека». Михаил Галустян, в свою очередь, демонстрирует трактовку, отсылающую к «Утомлённым солнцем»: его сорокалетний инфантил напоминает то Мальчиша-Кибальчиша, то Гадю Петровича. В совокупности же это выглядит как набор спонтанных сцен, снятых без единой визуальной или эмоциональной концепции.
🤯 Над фильмом можно смеяться. Но шутки тут ни при чем
В последние годы режиссер Вайсберг экспериментирует с жанром триллера, и «Конец Славы» тому яркий пример. Однако в родной стихии — комедии — автор со временем не набирает высоту. Картина «Уволить Жору» щедро смешивает грубоватый юмор и шовинистические шутки. Или ироничный взгляд на современность, где для жителей регионов слово «инфлюенсер» звучит как медицинский термин.
В остальных аспектах автор вновь возвращается к извечным темам. Например, изобретение Жоры — «Пердофон», прикрепляемый к интимной зоне и проигрывающий мелодию при каждом естественном порыве. Или анатомическая изюминка программиста — третий сосок, которым он с гордостью щеголяет перед коллегами.
По-настоящему смешными картина становится неожиданно, без явных усилий на то. Смех вызывают сцены, где персонажи прямо декларируют положительные черты друг друга, которые режиссер не сумел органично вписать в сценарий. Например, когда Жора, без намека на иронию, восклицает при виде подвигов Макса: «Макс, ты крутой!» А когда в разговоре с сестрой Жоры главный герой шутит про чеховское ружье, собеседница одобряюще отмечает: «Так интересно».
🎬 У «Уволить Жору» был долгий путь до больших экранов — и это заметно
Создатели киноленты на премьерном показе раскрыли интересный факт: работа над проектом заняла около трёх с половиной лет, и такой длительный срок съёмок не остался без последствий.
Чтобы придать сюжету хотя бы минимальную связность, часть повествования решили передать через диалоги на экранах смартфонов. Для кинематографистов это выглядит изящным решением — не нужно держать актёров в кадре, достаточно снять переписку героев в мессенджере. Однако зрительский опыт от этого страдает: читать текстовые сообщения в течение нескольких минут — сомнительное удовольствие. Ещё один признак кризиса — дубляж некоторых реплик. Особенно не повезло героине Натальи Бардо: в отличие от других актёров, чьи переозвученные фразы приходятся на моменты, где они стоят к камере спиной, её персонажа часто приходится слышать в крупных планах с чужим голосом.
Все эти ухищрения, однако, не спасли фильм от главного недостатка — морального устаревания, неизбежного при таком сроке производства. Шутки про пандемию, модные машины, даже фоновая музыка — всё это уже потеряло актуальность. Особенно иронично звучит фраза «Я в моменте» в ленте, которая сама этот момент безвозвратно упустила.
