Как сифилис с корабля перебрался в Европу и поменял ход истории
Европа до пуританской эпохи жила легко и беззаботно, пока в это веселье не ворвалась страшная напасть. Сифилис стал настоящим ударом по гедонизму, который тогда процветал на континенте. Кто бы мог предположить, что карибский секс-туризм и массовая оргия в Неаполе с участием тысяч жриц любви приведут к таким последствиям. Особенно досталось носам, но это уже детали.
А начиналось всё довольно буднично. После очередной ночи любви человечество проснулось и осознало, что беззаботные времена закончились. Секс теперь стал смертельно опасным занятием. Хуже того, можно было превратиться в подобие живого мертвеца, и это пугало куда сильнее.
Как первый же в истории отпуск на Карибах обернулся эпидемией сифилиса
В 1493 году Колумб и его команда вернулись из первого в мире тура по Карибам и привезли с собой целый набор гостинцев. Новый путь в Индию (которого, по факту, не было), свежеприобретенные земли для испанской короны, табак, кокосы, тропические фрукты и, конечно, сифилис. Эта болезнь явно была не запланированным сувениром. Хотя, кто знает, может индейцы-араваки специально подсовывали белокожим приезжим испорченный товар.
Вернувшись домой, зараженные, но все еще надеявшиеся на то, что «само пройдет», моряки и солдаты занялись привычным для себя делом. Они начали спускать заработанные дублоны в борделях и довольно быстро прогорели. После такого фиаско бедолагам и всем, кто успел от них заразиться, ничего не оставалось, кроме как снова наниматься в солдаты.
Кастильский доктор Рай Диас де Исла утверждал, что первым в мире пациентом с сифилисом стал Винсент Пинзон. Если что, именно он был капитаном «Ниньи», одного из трех кораблей флотилии Колумба, которые добрались до Америки.
Карл VIII хочет забрать Неаполь, а сифилис уже метит в нос королю
В Европе в тот момент назревала очередная большая заварушка, так что наемники были на вес золота. Французский король Карл VIII, который как раз женился на 15-летней Марии Анжуйской, мечтал покорить ее сердце и заодно прославиться как великий завоеватель. Вот только ничего из этого не вышло, и все сложилось даже хуже, чем можно было ожидать.
У Карла VIII были не только забавные черты лица, но и формальные права на некоторые итальянские земли. Поэтому он собрал армию и отправился завоевывать Неаполитанское королевство, а заодно и все, что попадется по пути. Кроме тридцати тысяч солдат, он взял с собой около восьми сотен полковых проституток. О своих бойцах монарх позаботился, но и себя не забыл, прихватив целый гарем фрейлин, которые якобы должны были «помогать по хозяйству». Хозяйство у короля явно не простаивало, так что он лично подавал войскам заразительный пример.
Сначала кампания складывалась отлично. Неаполь быстро сдался, и Карл провозгласил себя королем Неаполитанским и Иерусалимским, а заодно и императором Востока. Чего еще желать мужчине в 24 года? По случаю такой блестящей победы король и его армия устроили грандиозную двухмесячную оргию, на которую съехались тысячи проституток со всей Италии. В такой обстановке даже пары зараженных маркитанток и солдат хватило бы для эпидемии. А зараженных было явно больше, и вскоре почти каждый третий боец в доблестной армии покрылся язвами.
Сифилис списали на каннибализм и секс с лошадьми
Болезнь обрушилась как гром среди ясного неба. Похоже на чуму, но гораздо уродливее и страшнее. Она распространялась непонятным образом и моментально породила кучу слухов и домыслов.
Современники рассуждали примерно так. Если чуму Бог послал за смертные грехи, то новую, еще более подлую болячку, за что-то совсем отвратительное. Так появились две первые версии происхождения сифилиса. Первая говорила, что это кара за каннибализм, которым будто бы промышляли солдаты Карла. Вторая утверждала, что причина в массовых связях с лошадьми. Хотя мы-то понимаем, зачем лошади, когда сам король позвал на вечеринку тысячи самых горячих итальянских девушек.
Карл VIII терпит крах и умирает как настоящий король-неудачник
Удача отвернулась от французов. Объединенные силы итальянцев и испанцев выгнали армию сифилитиков обратно во Францию. Карл был опозорен, а вдобавок переболел оспой, которая изуродовала ему лицо. Было бы иронично, если бы это оказался сифилис, но скорее всего нет. Вернувшись домой, король наплодил наследников, и ни у кого из них не было признаков венерической болезни. Видимо, он все-таки умудрился уберечься от этой напасти.
После унизительного поражения Карл распустил войска, а вместе с ними и наемников. Те рванули во все концы Европы, разнося «любовную чуму». Эпидемия оказалась настолько мощной, что всего за пятнадцать лет сифилис расползся по всей Евразии и Северной Африке. В 1512 году с ним столкнулись даже японцы, которые изо всех сил пытались отгородиться от остального мира.
Вольтер как-то сказал про это так. В своем легковерном походе на Италию французы приобрели Геную, Неаполь и сифилис. Потом их отбросили, и они потеряли Неаполь и Геную, но сифилис остался при них.
Кстати, сам Карл VIII вскоре после провальной экспедиции погиб довольно нелепой смертью. Он случайно ударился головой о косяк двери и разбил череп, словно переспелую тыкву. Видимо, придворные были так злы на монарха за то, что из-за него сифилис прозвали «французской болезнью», что даже не стали придумывать ему смерть с фантазией. В отличие, например, от его тезки Карла Злого.
Сифилис изменил ход истории
Сифилис оказал на историю куда более серьезное влияние, чем принято думать. Речь не просто про очередную болезнь, а про настоящий механизм, который сдвинул с места целые пласты мироустройства. Именно он во многом подтолкнул церковный раскол и открыл дорогу протестантскому движению. Идеи пуританства вряд ли нашли бы такой живой отклик у людей, если бы те не видели воочию, а иногда и на собственном опыте, как небеса наказывают за беспутное поведение.