Рэм

... От же ёп то какой! - бабушка Ёп ежилась от январского мороза как мышь в морозилке, - Все ноги поотмерзли! И ухи тоже - немного подумав, добавила она. Судя по закончившейся тираде больше у бабушки Ёп ничего не мёрзло. А может она просто не захотела раскрывать свои интимные, бабушкины тайны перед всеми.

Погодка на улице стояла действительно, немного зябкая. Но для Крайнего Севера вполне предсказуемая и обычная, что не мешало бабуле все равно сетовать на "морозец, который лезет всюду".

- Эх, Ёп! А полы мыть все равно надо, - старушка переоделась в рабочее, взяла ведро, швабру и ненадолго застыла на месте, любуясь коллекцией разнообразных тряпок которую хранила у себя в подсобке. Эту коллекцию она собирала постоянно, поскольку последняя имела свойство регулярно уменьшаться, используемая по прямому назначению.

К половым тряпкам бабушка Ёп питала искреннюю симпатию и, скорее всего, взаимную. То есть тряпочки тоже любили и уважали бабулю.

У нас был учитель. Хомяк. Нет, он не был маленьким, щекастым и волосатым вонючкой. Напротив, он был худ, впал щеками и напоминал Кощея Бессмертного после Кремлевской диеты. Просто у него была своя кладовочка рядом с классом, в которую он тащил все, что попадалось ему на глаза. И как хомяк, животное домовитое, тащил далеко не все, а выборочно. Вот хомяки тащат и складируют к себе всякие зернышки и прочие ништяки и ни за что не потащат к себе, скажем, гантелю или старый тапочек. Вот и наш трудовик тащил не все, а только то, что содержало радиодетали. Старые, сломанные телевизоры, радиолы и прочие штуковины содержащие всякие резисторы, транзисторы и конденсаторы. Зачем он это делал, я не знаю. С паяльником его никто не разу не видел, радиоделом он не увлекался, жрать радиодетали он не жрал, по крайней мере днем. Так, что эти узконаправленные хомячьи инстинкты так и остаются для меня тайной до сих пор.

И, как то раз, случилось переломное в нашей жизни событие – он не закрыл дверь радио-хранилища и спокойной походкой трудовика-алкоголика ушел на урок, клепать с тридцатью рукож*пыми детишками очередную партию горбатых табуреток и слушать рассказы интересные детские, почему ничего не получается.

Соседи были людьми пьющими, а поэтому увлекающимися и многогранными в своих поступках.

Особо они никому не досаждали, но иногда бывали моменты, когда они все-таки переходили некую, негласно установленную остальными соседями, децибельную границу и приходилось вызывать специальную службу, которая, поправляя ремни на аквариумообразных животах, медленно поднималась на третий этаж и привычными действиями угнетала веселое состояние соседей. Утром, вероломно похищенные с вечера полицией соседи, возвращались в родные пенаты и, лелея воспоминания о ночи, проведенной в обезьяннике, некоторое, иногда продолжительное время, вели себя в рамках относительной культуры.

В общем, нормальный быт культурных алкоголиков. И вот, эти алкоголики решили купить диван, а старый подарить более невезучему колдырю, который недавно совершил аферу века, поменяв свой диван на две бутылки водки. После чего, его супруга, телом весьма объемным и весомым, весьма предприимчиво обменяла его заикающиеся объяснения на красивый синяк в пол-лица, отчего предприниматель очень долго напоминал человека, одной половиной головы постоянно находившегося в тени.

После того, как "милицию" переименовали в "Полицию" изменилось многое. Например поставили знак "Полиция". И теперь я, воспитанный на книгах и фильмах о Войне регулярно озираюсь в поисках людей с белыми, нарукавными повязками. Полицаи, ага.

Еще полицаи стали строже смотреть глазами. Это те, которые прошли переаттестацию. А которые не прошли стали смотреть по человечески.

Ремонт опять же в своем трехэтажном полицейском управлении сделали. Доску почета около поставили. Красивая такой доска, почетная. С подсветкой всякой разной гламурной. Вот только незадачка вышла. Кого вешать на эту доску? В смысле, чью фотографию?

Я не знаю, кем эта бабуля была в молодости. Даже мой, весьма заточенный на фантазии мозг, и то не состоянии нафантазировать ее биографию. Но то, что человек она неординарный, оригинальный и еще из ума не выживший, это точно.

Она работает у нас в офисе уборщицей. Появилась она внезапно, темным холодным вечером прилетев на своей швабре. Современный инструмент она не признавала, как чуждое духу "Настоящих Уборщиц", явление.

Работает качественно, с огоньком и матерком. То ли в спине хрустнет, то ли швабра упадет, то ли тряпка спрячется, на все у нее одна эмоция - ёп! Может малословная она с детства, а может просто, культурная, я не в курсе.

И прозвали ее почему то - Бабушка Ёп.

Летом, когда пришло долгожданное тепло и жирные комары, руководство решило сделать косметический ремонт офиса, а заодно поменять старые, оставшиеся еще с советских времен, чугунные батареи на новые, современные. Фирма, занимающаяся ремонтом все сделала до холодов, но вот старые батареи, почему то не выкинула. То ли сил не хватило, то ли уже оплату за сделанную работу получили, неизвестно. Но только сразу после подписания акта выполненных работ они исчезли как черная икра на свадьбе и, что удивительно, вместе с комарами.

И наступила зима. И было в офисе тепло и красиво. И улыбались клерки и нюхали запах ремонта. Но весь праздник портил штабель старых батарей сложенных хитрой поленницей около крыльца и напоминающих лабиринт Минотавра в миниатюре. Зам по общим вопросам с ног сбился выискивая кто, за малую толику денег, избавит приофисную территорию от нашествия чугуняк, но никто не находился.

- Сережа! Голос супруги был как то неожиданно безкомпромисным и в нем звенело какое то железо. - Сережа! Сегодня ты забираешь ребенка из садика!

Это был писец. Стало страшно и в животе чота затряслось, как перед кабинетом стоматолога.
Я вообще то не совсем трус, но ходить в садик, или на родительские собрания, это ну его на фиг. Тут я самый главный дезертир.

Но судя по голосу, ей было глубоко по барабану, чо у меня трясется и, что я думаю.
… Первый раз пойти в садик за ребенком, это что то типа, как первый раз порулить самолетом. Хотя, наверное с самолетом дела обстоят проще.

Будучи студентом я как и все грыз гранит науки. Но грыз так себе, осторожно, чтобы, значит зубы не пообломать. А накой я кому потом буду нужен, хоть и умный, но без зубов? Соответственно с таком отношением времени свободного было чуть больше, чем у отличников.
Прогуливая очередную пару, мы с корешем напились пива пенного, разливного и поехали куда то... Куда, сейчас уже и не вспомню, видимо гранит на память повлиял все таки. Помню только, что ехали по кольцевой на метро и тут нам началось.

- Новый год на носу, а у нас ни ёлки, ни оливье,- сказала собака.
- Ёлка и ни*бёт, – поддакнула кошка.
Смотрю на них - натуральные засранцы. В переносном, конечно, смысле. С гигиеной у них почище чем у некоторых двуногих. А вот по части разводилова – это колбасой не корми!