Мать братьев Стругацких: женщина за спиной двух великих писателей

— Натан Стругацкий?! — воскликнул отец. — Да ты белены объелась, Сашка? Проклятого на порог не пущу! Пойдёшь наперекор отцовской воле — прокляну!

В небольшом поселении Дубовичи, относившемся к Глуховскому уезду (сегодня это территория Сумской области), издавна селилось множество еврейских семей. Особенным уважением среди них пользовалось семейство Залмана Лейбовича Стругацкого и его супруги Гени Ароновны Горелик.

Залман Лейбович служил агентом в страховом обществе "Саламандра" и слыл человеком грамотным и весьма начитанным.

В семье росли четверо сыновей — Натан, Арон, Исаак и Александр. Первенцем был Натан, появившийся на свет 14 мая 1892 года; одиннадцати лет его отдали в гимназию города Севска.

Окончив гимназию, Натан четыре года трудился вместе с отцом в том же страховом обществе. А в 1915-м, когда ему исполнилось 23 года, он уехал в столицу и стал студентом юридического факультета Петроградского университета.

Полный курс Натан так и не прошел — учеба заняла лишь два года. Зато в Петрограде в марте 1917 года Стругацкий вступил в партию большевиков и с головой ушел в революционную деятельность. В апреле того же года во время демонстрации против Временного правительства у Мариинского дворца солдаты жестоко избили Натана. Летом его арестовали за участие в митинге — пару месяцев он провел в тюрьме.

Натан Стругацкий.

Сразу после Октябрьской революции Натана Стругацкого назначили заведующим отделом народного образования Псковского губревкома.

Когда началась Гражданская война, он воевал стрелком, а позже стал политкомиссаром продагитотряда.

В 1920 году последовало новое ответственное назначение: инструктор политотдела и военследователь 2-й Конной армии. На этом посту Стругацкий оставался вплоть до окончания войны.

В 1922 году его поставили во главе агитпромчасти 5-й кавалерийской дивизии Северо-Кавказского военного округа.

Натан Стругацкий (второй ряд, крайний справа) на съезде Разведчиков 2-й Кавдивизии.

Когда красные окончательно одолели "беляков", Натан задумался о женитьбе. Избранницей его стала 23-летняя Александра Литвинчева — дочь прасола, то есть торгового посредника, скупавшего товар у крестьян и перепродававшего его купцам.

Александра была родом из городка Середина-Буды (ныне — Сумская область), где в ту пору оказалась и семья Стругацких.

Натан влюбился, и девушка ответила ему взаимностью. Однако родня с обеих сторон воспротивилась: как это русская выйдет за еврея? Не хотели такой невестки и Залман Лейбович с Геней Ароновной.

И все же в 1924 году Натан и Александра поженились. В семье Литвинчевых это вызвало настоящую бурю. Много лет спустя Борис Стругацкий, сын Натана и Александры, писал:

«Дед наш, Иван Павлович, мужик крутой и твердокаменных убеждений, проклял свою любимицу, младшенькую Сашеньку, самым страшным проклятием.

В 1925-м… в Батуме родился Аркадий. Мать написала отцу своему покаянное письмо, дед велел приехать, встретил сурово, но, увидев внучонка, растаял и снял родительское проклятие».

Да, в 1925-ом году у супругов родился первенец — Аркадий.

Натан, Александра и Аркадий.

В Аджарии Натан работал главным редактором газеты "Трудовой Аджаристан". После закрытия газеты в 1926 году Стругацкого командировали в Ленинград — на должность завотделом печати Выборгского райкома ВКП(б).

Семья поселилась в двухкомнатной квартире на проспекте Маркса. Именно здесь 15 января 1933 года Александра родила второго сына — Бориса.

Жили Стругацкие очень скромно. Натан Залманович был человеком глубоко непрактичным, зарабатывал мало и нередко вместо денег приносил домой "книжный паек" — в основном художественную литературу. Книги складывались в обширную домашнюю библиотеку, на которую "совершали периодические набеги" мальчики — сначала Аркадий, затем и Борис.

Александра Ивановна окончила вечерние курсы при Пединституте им. Герцена и получила диплом учителя русского языка и литературы в младших и средних классах. Тут же устроилась на работу: заработанные ею деньги были огромным подспорьем для семьи.

Один из учеников Александры Ивановны, будущий знаменитый телеведущий Юрий Сенкевич, запомнил Стругацкую как "настоящую русскую красавицу с косой", которая привила ему любовь к чтению.

Семья Стругацких.

В 30-е годы над семейством Стругацких начали сгущаться тучи. Натана критиковали в прессе, а в 33-ем году, вскоре после рождения Бориса, "бросили на хлеб" — мобилизовали на политработу в должности начальника политотдела совхоза "Зеленовский" в Сталинградской области.

Стругацкий оказался в разлуке с семьей, и это причиняло ему большие страдания.

Гром грянул в апреле 1937 года. Натана Стругацкого уволили со всех постов и исключили из партии за "притупление политической бдительности". Вот как писал о "шельмовании" отца Борис Стругацкий:

"Он был ортодоксальным коммунистом, никогда не колебался, никогда не участвовал ни в каких оппозициях, верил партии безгранично и выполнял её приказы, как солдат. Но каким-то образом ухитрился при этом сохранить широкий образ мыслей, когда речь шла о литературе, живописи, о культуре вообще. Уже позже, в Сталинграде, он постоянно сцеплялся со своими коллегами. То он заявлял, что советским живописцам надобно учиться мастерству у Андрея Рублёва, то объявлял, что Николай Островский — щенок по сравнению с Львом Толстым, а Дунаевский — в сравнении с Чайковским и Римским-Корсаковым. Мама считала, что сгубили его эти вот полемические эскапады, а я думаю, что главную роль сыграло то, что он запретил выдачу жёнам городских начальников бесплатных контрамарок в театры и на концерты».

К тому времени уже был арестован Александр Стругацкий, младший брат Натана, так что положение сложилось крайне опасное.

Натана Залмановича спасло то, что он, не дожидаясь решений провинциального начальства, сразу отправился в столицу "искать справедливости".

Стругацкому удалось добиться апелляции по своему делу. 17 октября 1937 года он устроился главным библиотекарем отдела эстампов (произведений графического искусства) Ленинградской публичной библиотеки им. М.Е. Салтыкова