Как жили, любили и строили дворцы правители Могольской Индии

Восточный гарем обычно представляют как «золотую клетку», где томятся бесправные наложницы. Где-то так оно и было, но только не в империи Великих Моголов. Женская половина дворца, зенана, жила совсем по другим законам. Это был настоящий «город в городе», кипящий интригами, политикой и наукой. Женщины здесь распоряжались властью и деньгами, а порой и собственными военными отрядами. Приоткроем расшитые золотом занавеси Фатехпур-Сикри и посмотрим, как выглядела могольская любовь на самом деле. От женщин-воинов до мраморного мавзолея, который строили 22 года.

Зенана: город пяти тысяч женщин

Когда Акбар Великий возводил свою столицу Фатехпур-Сикри, под зенану он отдал огромную территорию. Это местечко меньше всего походило на обычный жилой квартал. Скорее автономное поселение, где обитало около пяти тысяч женщин. Законные жёны, наложницы, овдовевшие родственницы, незамужние принцессы, лекари, певицы, шпионки и целый штат служанок. Хронист Абу-л-Фазл, автор «Акбар-наме», оставил запись, что у каждой из этих пяти тысяч женщин были собственные покои. Перед нами сложная социальная иерархия, в которой каждая имела свой статус и жалованье.

Гаремный комплекс в Фатехпур-Сикри

Внутри зенаны действовали свои рынки, придворные дамы делали там покупки, не выходя за охраняемый периметр. Работали кухни, прачечные, школы для детей и роскошные бани. В дворцовых покоях стояли зеркала, журчали фонтаны с розовой водой, стены покрывали фрески. Дочь Шах-Джахана Джаханара жила в апартаментах с дорогими коврами и росписями, на которых летели ангелы. Зенана была не изолятором, а микрокосмом могольской цивилизации.

Урдубеги: воительницы за занавесью

Самое удивительное для европейца тех времён это то, кто именно охранял этот покой. Вопреки легендам о незаменимых евнухах, внутреннюю безопасность зенаны обеспечивали урдубеги, элитный отряд вооружённых женщин. Их история уходит ко временам первого могольского императора Бабура, который привёл гарем с собой в Индию в 1526 году и создал этот корпус для его охраны.

Урдубег на охоте с мужчинами. Миниатюра 1698 года

Урдубеги набирали из племён, не практиковавших чадру. Хабши, тюрчанки, татарки и кашмирки. Только так они могли нести службу, не нарушая законов пурды. Они владели копьём, луком, кинжалом и мечом. Евнухи стояли лишь на внешних постах, а внутрь зенаны не мог войти ни один мужчина, кроме самого императора. Получается, что от урдубеги зависела в том числе и его жизнь. Историк К. С. Лал в книге «Могольский гарем» отмечает, что Ауренгзеб во время борьбы за трон отказывался навещать отца в зенане, боясь нападения вооружённых женщин.

Принц во время посещения зенаны. Иллюстрация XVII века

Единственная урдубеги, чьё имя дошло до нас, это Биби Фатима. Она служила ещё при Хумаюне, а Акбар назначил её начальницей всего отряда. Французский путешественник Франсуа Бернье в XVII веке описал, как тартарки и кашмирки верхом на лошадях, в пышных нарядах, сопровождали могольскую принцессу в процессии из шестидесяти шести слонов. Это был не театр, это была реальная охрана.

Бизнес и политика под вуалью

Могольские женщины не были затворницами без права голоса. Многие вели дела куда масштабнее, чем их современники в других частях света. Мариам-уз-Замани, жена Акбара, занимала высокое положение при дворе и управляла крупными торговыми операциями. Она строила крупнейшие корабли в Индийском океане, перевозившие паломников в Мекку и обратно. В 1613 году её флагман «Рахими» захватили португальские пираты вместе с шестью-семью сотнями пассажиров и грузом. Возмущённый Джахангир в отместку приказал захватить португальский город Даман. Сам факт того, что военный ответ последовал немедленно, говорит о весе Мариам при дворе.

Джахангири-Махал — дворец, связанный с именем жены Акбара

Помимо торговли паломническими перевозками, она вела международную торговлю шёлком и пряностями, имела собственную печать и издавала официальные указы, фарманы. Право издавать фарманы было исключительной привилегией императора, и Джахангир предоставил его лишь нескольким женщинам при дворе.

Сцена из жизни зенаны. Иллюстрация XVII века

Женщины из семьи Моголов строили мечети, сады и базары, формируя архитектурный облик городов. Жёны, дочери и родственницы могольских императоров стали патронессами девятнадцати крупных сооружений только в одном городе. Дочь Шах-Джахана Джаханара построила знаменитый базар Чандни-Чоук в Дели, он существует по сей день. Обитательницы зенаны нередко выступали посредниками в политических спорах между принцами и их отцами. За расписными занавесями шла большая политика.

Искусство соблазна: миниатюры и рагамала

Чтобы понять чувственную сторону могольской культуры, нужно смотреть на миниатюрную живопись. В отличие от строгих канонов других исламских государств, могольское искусство было удивительно открытым и визуально богатым. Особое место занимал жанр рагамала, буквально «гирлянда раг». Художники переводили музыкальные раги в зрительные образы. Слово «рага» на санскрите восходит к корню со значением «окрашенный». Живописцы рисовали звук цветом и чувствами.

Правитель и жёны. Рагамала XVI–XVII века

Обычно на таких картинах изображали любовь в цветущих садах. Влюблённые на террасах, объятия под манговыми деревьями, томные взгляды. Каждое дерево и цветок тут несли свой символический смысл. Живопись рагамала открыто воспевала интимность как эстетическое наслаждение, ничуть её не пряча.

Сорок миниатюр с именами

В 1948 году Музей Фицуильям в Кембридже получил в дар коллекцию из сорока эротических миниатюр. Каждая примерно 19,6 на 13,3 сантиметра, выполнена тушью, золотом и красками на бумаге. Серия уникальна в мировом масштабе, ведь каждый любовник подписан на персидском письме насталик. Надпись начинается словами «Частное удовольствие…», а дальше идёт имя. Среди них могольские императоры, принцы и военачальники.

Некоторые миниатюры имеют весьма откровенные сюжеты

Элита не видела ничего постыдного в том, чтобы запечатлеть для потомков свои частные наслаждения. Умение радоваться жизни считалось у правителя такой же добродетелью, как доблесть в бою. Сюжеты серии навеяны индийскими текстами, включая «Камасутру», и придворной эротической литературой XVI века. Это не бытовые зарисовки, а высокое искусство с продуманной иконографией.

Принц и его жёны. Миниатюра начала XVIII века

Первая встреча: рынок в Агре, 1607 год

Всё началось на рынке. Точнее, в Мина-базаре, дворцовом рынке при гареме, где знатные женщины торговали шёлком и украшениями. В 1607 году туда пришёл пятнадцатилетний принц Хуррам, будущий Шах-Джахан. Там он увидел четырнадцатилетнюю Арджуманд Бану Бегум. Её отец Асаф-хан занимал высокий пост при дворе, а тётка Нур-Джахан впоследствии стала главной женой императора Джахангира.

Шах-Джахан и Мумтаз-Махал

Их обручили в том же 1607 году. Но свадьбу сыграли только в 1612-м, потому что дату искали придворные астрологи, выбирая самый благоприятный день. За эти пять лет принц успел жениться на другой по политическому расчёту. Арджуманд стала его второй женой, но единственной, что имела значение. Шах-Джахан дал ей титул Мумтаз-Махал, что по-персидски значит «Избранница дворца».

Любовь, траур и мрамор

Мумтаз-Махал была для мужа не просто женой, а незаменимым советником. Она сопровождала его в военных походах. Придворный хронист Казвини писал, что близость и внимание императора к ней «превосходили в тысячу раз то, что он испытывал к любой другой жене». За девятнадцать лет брака у них родилось четырнадцать детей. Седьмой по счёту стал последним.

В 1631 году, во время похода в Декан, у Мумтаз начались роды. Они продолжались около тридцати часов. Четырнадцатый ребёнок, дочь Гаухара Бегум, родился живым. Мумтаз умерла 17 июня 1631 года в военном лагере близ Бурханпура. Ей было тридцать семь лет. Тело временно захоронили там же, на берегу реки Тапти. В декабре того же года останки перевезли в Агру, кортеж с тысячами солдат и толпы скорбящих выстроились вдоль дороги длиной почти восемьсот километров.

Мумтаз-Махал. Миниатюра XVII века

Придворные хроники фиксируют, что Шах-Джахан не появлялся на людях целую неделю. Два года он не слушал музыку, не носил украшений и не пользовался благовониями. По преданию, волосы его поседели за несколько месяцев. Старший сын написал отцу письмо с просьбой выйти из траура, иначе, мол, Мумтаз может подумать, что он покинул её детей ради горя.

Строительство Тадж-Махала начали в 1632 году. Работали около двадцати тысяч мастеров, каменщики, резчики по мрамору, каллиграфы, строители куполов, из Индии, Средней Азии и Ирана. Главным архитектором считается Устад Ахмад Лахори. Мавзолей завершили в 1648-м, весь комплекс с мечетью, садом и воротами в 1653-м. Двадцать два года.

Тадж-Махал, «молитва в камне», строившаяся 22 года

Внутри купола реверберация звука длится двадцать восемь секунд. Чтецы Корана, которые круглосуточно читали молитвы за душу Мумтаз, создавали ощущение, что слова не умолкают никогда.

Последнее окно

В 1658 году сын Шах-Джахана Ауренгзеб сверг его с престола и заключил под стражу в Агрском форте. Ауренгзеб отказывался бывать в зенане отца, боялся вооружённых урдубеги. Шах-Джахан провёл под стражей восемь лет. Его дочь Джаханара добровольно разделила заточение, ухаживая за отцом до конца.

Внутри мавзолея, захоронения Шах-Джахана и Мумтаз-Махал

Единственным утешением императора было окно, из которого открывался вид на купол Тадж-Махала. В январе 1666 года он умер. По свидетельству Джаханары, его последним словом было имя Мумтаз. Ауренгзеб отказал в государственных похоронах. Тело перевезли в Тадж-Махал и положили рядом с ней.

Сцена из жизни зенаны. Миниатюра XVII века

Жизнь в могольском гареме мало походила на то, что рисовало себе воображение европейцев. Здесь утончённый вкус уживался с холодной политикой, а искренние чувства порой выливались в настоящие архитектурные шедевры. Близость не прятали как что-то постыдное, она была частью большого искусства жить.

А как по-вашему, возможна ли сегодня такая любовь, когда человек тратит десятилетия на постройку памятника любимой? Или в эпоху быстрых свиданий и голого расчёта чувства такого размаха остались только на страницах учебников?