Франция

В Европе можно найти множество мегалитических сооружений — их там сотни. И всё же широкая мировая слава досталась лишь Стоунхенджу. А между тем есть уголки, которые восхищают ничуть не меньше; один из них — деревня Карнак, затерявшаяся на северо-западе Франции, в Бретани.

Французские исследователи из компании Terratis с гордостью объявили о разработке эффективного метода борьбы с комарами. Их подход заключается не в традиционном опрыскивании инсектицидами, а в выпуске в окружающую среду миллионов стерилизованных рентгеном самцов комаров. Поскольку такие насекомые не способны к размножению, их скрещивание с дикими самками не приводит к появлению потомства, что в итоге ведет к снижению численности популяции.

Накшидиль-султан поднялась из безвестности до статуса матери правящего султана, и вокруг её имени сложилась одна из самых красивых легенд XVIII века. Молва сделала из скромной обитательницы гарема похищенную французскую аристократку, чуть ли не родственницу самой Жозефины. Эта история покорила мир, хотя почти наверняка не имеет ничего общего с реальностью. Настоящая судьба этой женщины оказалась не менее увлекательной. Дворцовые интриги, потеря детей, двадцать лет забвения и сын, который изменил облик огромной империи. Разбираемся, где заканчивается миф и начинается архивная правда.

В конце XIX века Панамский перешеек получил мрачное прозвище «берег мертвецов». Для европейца тех лет это была не просто точка на карте, а самая настоящая смертельная западня, пропитанная запахом гниющих листьев, дешёвого рома и безысходности. Мысль соединить два океана будоражила умы инженеров и политиков уже давно. Вот только реальность стройки оказалась совсем не похожа на чертежи и победные речи. Пока в Париже витали в облаках о мировом господстве, в панамских джунглях десятки тысяч людей ежедневно боролись за то, чтобы просто дожить до утра, ведь человеческая жизнь там стоила меньше фунта динамита. Это было время безумной отваги, чудовищной коррупции и каждодневного героизма людей, чьи имена история попросту стёрла.

21 января 1793 года площадь Революции в Париже заполнили толпы народа и солдаты. Французы пришли посмотреть на то, чего раньше в их истории не случалось: казнь собственного короля. Людовик XVI к тому моменту уже отрекся от престола. Но почему народ так возненавидел монарха, что требовал его смерти?

Предпосылки

Франция при Людовике XVI Бурбоне оказалась в глубоком кризисе. Король и его жена Мария-Антуанетта были у народа в черном списке – люди задыхались от налогов. Экономика стояла на месте, противоречия между дворянами, буржуа и крестьянами только нарастали. В воздухе витали идеи Просвещения, народ требовал отказа от абсолютной власти монарха и перехода к конституции. Ситуацию накалили и непопулярные действия короля: он разогнал парламент и посадил под арест нескольких его членов.

Мария-Антуанетта с детьми

Над Францией в небе углядели «корабли пришельцев». На самом деле фотограф поймал в кадр красные спрайты, которые встречаются крайне редко. Это огромные всполохи замысловатой формы, они рождаются высоко в атмосфере и живут всего несколько миллисекунд. Разглядеть такое просто глазами практически нереально. И ещё один момент, который отличает их от привычных молний. Обычный разряд бьёт вниз, к земле, а эти уходят в верхние слои атмосферы.

Мон-Сен-Мишель находится на северо-западе Франции, в центре одноименного залива. Остров лежит в устье речки Куэнон, которая считается границей между Нормандией и Бретанью.

Париж принято считать городом любви, романтики и сплошного вдохновения. Многие едут туда за красивой картинкой и яркими эмоциями, и действительно находят их. Но есть и те, для кого поездка оборачивается настоящим испытанием. Причем настолько серьезным, что легкая грусть от несбывшихся ожиданий перерастает в полноценное психологическое состояние, о котором мало кто слышал.

Представьте себе бескрайние просторы, где на тысячи километров лесов и рек не встретишь ни одной европейской женщины. Именно так выглядела Новая Франция в середине XVII века. Североамериканская колония погрязла в демографическом кризисе: мужчин здесь было вшестеро больше, чем представительниц прекрасного пола. Трапперы, солдаты и миссионеры пропадали в дикой глуши на годы, ассимилируясь среди местных племен. Колония балансировала на грани исчезновения, не в силах конкурировать с густонаселенными британскими соседями.