Лейтенант Ильин: герой легендарного Чесменского сражения

В 1768 году, стремясь расширить владения на Кавказе и обеспокоенный усилением влияния России в Речи Посполитой, османский султан Мустафа Третий объявил Российской империи войну. К этому привели и сложные отношения между Петербургом и Парижем: французские дипломаты активно провоцировали Порту на агрессию, мечтая использовать её как орудие против России. Так вспыхнула Первая турецкая война – конфликт, растянувшийся на долгих восемь лет.

В 1769 году Алексей Орлов, родной брат фаворита Екатерины II Григория Орлова, предложил отправить балтийскую эскадру в Средиземное море через Копенгаген, Портсмут и Гибралтар. Целью похода была поддержка освободительной борьбы балканских народов и удар по турецким тылам.

Кругосветное плавание русских кораблей оказалось делом крайне сложным и вызвало враждебную реакцию Франции. Париж был ошеломлён этой новостью, но считал, что эскадра, полностью оторванная от баз снабжения и не имеющая опыта дальних экспедиций, потерпит неминуемый крах.

Для русских моряков поход вокруг Европы стал суровым испытанием: прежде их корабли почти не покидали Балтику, чаще всего крейсируя в Финском заливе.
По прибытии в Средиземное море командование принял Алексей Орлов. Османы тем временем подтягивали силы к греческому побережью, направив на перехват дерзких русских «гяуров» значительную часть флота. Несмотря на численное превосходство турок, русские решили сблизиться с противником и навязать ближний бой, вплоть до абордажа. Было ясно, что выдержать долгую артиллерийскую дуэль не удастся – слишком велик перевес неприятеля. Почёрневшая к ночи вода нехотя расступалась перед эскадрой, уходящей в закат — прямо в бессмертие…

Битва завязалась в Хиосском проливе 5 июля 1770 года. Турецкие артиллеристы выдержали напряжение и открыли огонь с дистанции в три кабельтова (1 кабельтов = 185,2 метра). Но русские оказались хладнокровнее: они начали стрельбу с убойного расстояния пистолетного выстрела (до 100 м).

Наступил решающий миг, когда люди уже не ждали приказов: каждый давно простился с жизнью и знал одно — драться! Неистовая ярость русских моряков, встававших на шпринг – мёртвый якорь, демонстрируя полное презрение к смерти, so поразила турок, что те в панике бросились к близлежащей Чесменской бухте и укрылись там на ночь.

Выпускать врага из бухты никто не собирался – решили покончить с ним одним ударом. Для этого применили брандеры – суда, начинённые порохом и взрывчаткой. Под покровом темноты или тумана они подплывали к вражеским кораблям, сцеплялись с ними крючьями, а затем поджигались специальные «огнепроводные трубки» (брандтрубки), которые через время воспламеняли смертоносный груз. Команда за это время должна была успеть пересесть в шлюпку и отойти на безопасное расстояние. На такие корабли отбирали лишь самых хладнокровных, смелых и отчаянных моряков: плыть на брандере значило плыть на пороховой бочке!

Поспешно назначили четырёх офицеров-добровольцев командовать атакующими кораблями. Григорий Орлов напутствовал их словами: «Смерти вам не желаю, а жизни не обещаю… исполните, что должно».

В 2:30 ночи четыре брандера под прикрытием пушечного огня двинулись в атаку. Турецкие галеры бросились наперерез. Прорваться к эскадре удалось лишь одному из них. Но это был смертельный укол рапирой в сердце турецкого флота! Брандер лейтенанта Дмитрия Ильина, безошибочно выбрав флагманский линкор, прилип к его борту, словно пластырь. Турки палили сверху и даже плевались, но Ильин уже бежал по палубе с факелом, поджигая рассыпанный порох. Точно выполнив приказ, он с командой спустился в шлюпку и покинул обречённое судно. Взрыв порохового погреба вызвал чудовищные разрушения: огненные обломки разлетелись по другим кораблям, распространяя пламя. В конце концов русским пришлось прекратить стрельбу и спасать уцелевших турецких матросов. К восьми утра всё было кончено.

Дмитрий Сергеевич Ильин – скромный юноша из деревни Весьегонского уезда, он даже не догадывался о том, что его ждёт. Бесспорно, и матросы, и офицеры эскадры сражались отважно, но честь нанесения смертельного удара турецкому флоту принадлежит именно лейтенанту Ильину.

Утром за бортом русских кораблей лениво колыхался толстый чёрный слой пепла…
Османская империя одним махом лишилась почти всего флота: 15 линейных кораблей и 6 фрегатов были уничтожены, а один линейный корабль и 5 галер захвачены. Эта блестящая победа стала подлинной школой русского морского боя — Европа вздрогнула. Никто там не верил, что небольшая русская эскадра вдали от родных берегов способна превратить в прах превосходную армаду, ведомую лучшим флотоводцем султана.

Для всех участников Чесменского сражения была выбита памятная медаль. На аверсе изобразили гибнущий флот султана, а на реверсе вычеканили лишь одно слово:

БЫЛЪ.