Фантастика

В детстве я могла зависать перед телевизором часами. Почти как тот парень из «Кабельщика», только без кабеля, но с такой же преданностью экрану. Да и сейчас привычка никуда не делась. Могу спокойно уйти в сериал на несколько вечеров подряд. Правда, есть проекты, к которым я возвращаюсь уже много лет. Иногда пересматриваю не целиком, а кусками, ради атмосферы и любимых сцен.

На этот раз мы разберём устройство мангаларов из культового фильма «Пятый элемент». Заглянем внутрь их боевых ранцев, раскроем тайну красных очков и, возможно, даже примерим на себя образ мангалара. А ещё — чисто фанатским чутьём выберем самого злого, самого хитрого и самого харизматичного из этой банды.

Костюм мангалора: аниматронная голова и механизм управления в «боевом ранце»

Бывают фильмы, которые, спустя тридцать лет, снова смотришь — и понимаешь: такого сейчас уже не делают. «Хищник» Джона Мактирнана — именно такой кинематографический феномен. На первый взгляд — обычный боевик восьмидесятых, но на самом деле это произведение, вышедшее за пределы жанра, превратившееся в по-настоящему атмосферный научно-фантастический хоррор благодаря безупречной постановке и гениальному видению.

Вчера случайно наткнулся на старый-добрый мультфильм Контакт Владимира Тарасова. Помните, там мужик в очках встречает загадочную переливающуюся сущность и пытается с ней установить контакт? В детстве он меня пугал — казался слишком странным, почти жутким. Но сейчас, пересмотрев его спокойно, я понял: это не просто анимация — это настоящий шедевр психоделического искусства. Невероятно тонкий, глубокий и при этом невероятно добрый. Несмотря на всю свою необычность, он наполнен теплом, уютом и почти мистической нежностью. Просто волшебство.

Питер Фергюсон из Канады рисует миры, в которых не ждёшь ничего хорошего. На его полотнах оживают жутковатые монстры, бродят странные личности, а вокруг сгущается мрак и какая-то древняя тайна. Но самое любопытное, что всё это не отталкивает, а наоборот притягивает взгляд. Хочется разглядывать каждую мелочь, искать скрытые смыслы и разгадывать, что же здесь происходит. В этом смысле работы Фергюсона часто сравнивают с полотнами Брейгеля, Босха или даже Вермеера, и сравнение вполне оправданно.

В первом фильме трилогии Курту Расселу было 18 лет, а к финальной части он дорос до 23. Разница в возрасте заметна, но харизма осталась той же.

«Марсианские хроники» Брэдбери или «Основание» Азимова — вроде бы классика фантастики, где меньше всего ждешь откровенных сцен. Но если копнуть глубже, то за XX век секс и все, что с ним связано, прорвались в этот жанр очень серьезно. И это была не случайность, а закономерный процесс.